По законам Кавказа

Мне было непонятно, из-за чего она сделала свои выводы. Я ведь просто смотрела, никак не привлекая к себе внимание. Видимо, у этой женщины избыток яда, и выплескивать его приходилось на меня.

Пытаясь поспевать за ее размашистым шагом, я совсем не успела рассмотреть территорию торгового центра. Магазины, магазины и еще раз магазины, хотя нет, среди разнообразия простых и привычных брендов затесались дорогие бутики. Вот уж к чему я не готовилась, так это к дорогостоящим покупкам.

Тетя зашла в ближайший бутик с яркими платьями и остановилась в центре зала, дожидаясь, пока к ней подойдет приветливая консультантка.

Девушка лебезила перед Римой и чуть ли не ползала на задних лапках, а тетя искренне получала от этого удовольствие. Меня никто не замечал, обе женщины делали вид, что меня не существует, пока не пришло время идти в примерочную. Скажу сразу: все те вещи, что щедро вручили мне, были просто ужасны. Нет, наверное, кто-то сочтет их прекрасными и утонченными нарядами, но не восемнадцатилетняя девушка.

Я не хотела примерять шелковое платье в пол, с глухим воротом и рукавами-фонариками. Меня бесили огромные принты и обилие всяких бусинок, цепочек и страз. Один из вариантов поверг меня в шок. Розовое облако из шифона вместо нормальной юбки и облегающий верх с длинными рукавами и воротом-стойкой, вызывало приступ тошноты. Это был полнейший ужас или один из ночных кошмаров современных дизайнеров. Пришлось незаметно брать дело в свои руки.

Пока консультант услужливо подавала чай для дорогой покупательницы, я незаметно выскользнула из примерочной и пробежалась вдоль ближайших рядов с одеждой. Конечно, в этом магазине было сложно найти что-то в моем стиле или в принципе, нормальную одежду, но мне это удалось. Брюки-трубы нескольких расцветок, широкие блузки, платья чуть длиннее колена, простых и однотонных, но из очень приятного материала.

В тот момент мне было плевать, что скажет родственница, лишь бы не надевать то безвкусное разнообразие тряпок.

Я бы попросту не смогла выйти из дома. Хотя… Я даже не уверена, что в этой семье хоть кому-то есть дело до моего мнения. Похоже, единственный, кому я действительно была дорога, – это отец. Я нуждалась в его совете и поддержке.

– Ты слишком долго возишься! – крикнула нетерпеливая тетя, и я выскочила, в чем была.

Первая же попытка вызвала волну нового гнева у «добрейшей» родственницы.