Продается Землянка. Обмену и возврату не подлежит

Вылезать совсем не хотелось, но на дворе была глубокая ночь, а чутье кричало, что высокомерная задница, именуемая Аресом, не позволит проваляться в постели до обеда. Осторожно выбравшись из мраморной чаши, Вика встала напротив широкого зеркала. И снова прилипла взором к множеству стеклянных полочек с разнообразием кремов.

– Сначала высушу волосы. – Она взяла в руки металлический гребень и трижды провела им по волосам. Как и говорил Арес, лишняя вода тут же испарилась.

Из зеркала на нее смотрела совсем другая девушка, или зеркало было слишком чистое.

В любом случае эти изменения в лучшую сторону. Кожа стала бархатной, без пятен старого загара и белых полос. Волосы и правда блестели, гладкие и идеально ровные, а их каштановый цвет стал насыщенным, глубоким. С лица исчезли мелкие прыщи и шрамы.

– Вот это я понимаю – магия, – медленно протянула Ви, поглаживая свое лицо.

Она решила не останавливаться на достигнутом и применила еще парочку средств, расставленных на полочке. Одно для удаления лишних волос, второе для отбеливания кожи.

Она никогда не любила свой натруженный загар. Хотя нет, когда-то ее все устраивало, пока в одной из своих книг она не прочла, что все аристократки обладают "фарфоровой" кожей. Петровна тогда объяснила, что это значит не иметь загара, и Вике эта идея понравилась.

Нанося легкий крем на все тело, она и представить не могла, насколько обрадуется результату. Кожа и правда стала "фарфоровой", белой, но не бледной, с едва заметным румянцем на щеках.

– Вау, теперь уж точно красотка, и пусть только попробует этот сноб носом воротить.

 – Счастливо улыбнувшись и показав своему отражению язык, Вика надела чистую рубашку и отправилась спать.

Только мягкая кровать с пушистым одеялом и ароматным постельным бельем не смогла забрать все дурные мысли.

– Вот и зачем ему понадобилась фиктивная жена? Хотел красивую, так нашел бы сам. – Вика тяжело вздохнула, заворачиваясь в одеяло, как гусеничка. – Странный он: в таком замке живет, явно денег в достатке – и понадобилась временная супруга.

Ее все же сморило. Сладко зевнув, она прикрыла тяжелые веки и тут же уснула. Вымученное тяжелой жизнью тело будто только и ждало этого. Впервые за долгое время она не подскакивала от любого шороха, не просыпалась каждый час, а с первыми лучами проснулась, переполненная силами.

Потянувшись на мягком матрасе, она довольно улыбнулась. Для полного счастья не хватало только ворчания Петровны и вкусного завтрака. Желудок согласился с Викой.