Царство Страха

Как ты могла так поступить с нами? Со мной?

Мой голос сорвался на последнем вопросе, и я снова сосредоточилась и с силой вцепилась в свою ярость. Виттория внимательно смотрела на меня.

– Я поступила, как того требовалось, ради нас. Может показаться, что это не так, но я клянусь, что все это было для нас с тобой. Проклятие…

Она хотела прикусить язык, прежде чем слова сорвались, но не смогла.

– Ах да, проклятие. – Я махнула рукой в воздухе, словно проклятие было надоедливой мухой. – Чертово проклятие, о котором нельзя говорить.

Как же меня достала вся эта шаткая магия и все эти околдованные! Почему ты инсценировала свое убийство? Чем это помогло мне?

Она, казалось, тщательно подбирала следующие слова:

– Даже самое горючее топливо требует искры, чтобы вызвать пламя.

Как всегда загадочно, когда разговор заходит о проклятии.

– Зачем тебе столько огня?

Взгляд Виттории превратился в тяжелый сверкающий драгоценный камень, полный ненависти. На секунду в ее радужках вспыхнул не лавандовый, а глубокий рубиново-красный цвет.

– Чтобы увидеть, как горят наши враги. Чтобы вернуть то, что принадлежит нам по праву силы и рождения. И раз и навсегда разорвать последние цепи, связывающие нас.

– А наша семья? Они твои враги? Разве они заслужили того, чтобы хоронить тебя в том склепе? Верить, что ты гниешь вместе с нашими предками?

– Да. Хотя я очень сомневаюсь, что они в это верили. Я решила, что они просто скормили эту безобидную ложь своей любимице. Или, лучше сказать, той, кого они боялись сильнее.

 – Виттория настолько верила в сказанное, что ее признание упало между нами тяжелым камнем. – Бояться нас будут не только они. От нашей дорогой семейки мне достался один хороший совет. Держи друзей близко, а врагов еще ближе.

Я посмотрела на незнакомку с лицом моей сестры. В этой Виттории была жесткость. Там, где однажды сиял свет, царила тьма. Моя сестра была игривой, дружелюбной. Она легко заводила друзей и могла танцевать часами напролет. Качества, которыми я всегда восхищалась и хотела обладать.

Было трудно примириться с этой суровой версией сестры.

– А что, если я не хочу, чтобы меня боялись? – спросила я.

В улыбке Виттории сверкнули зубы, острые и угрожающие:

– Сестра моя, птица без крыльев остается птицей.

– Ты не общалась с принцем Зависти? – Я вздохнула. – Честное слово, он говорит точно так же, когда переберет вина из демонических ягод с заклинаниями правды.

– Зависть? – Ее взгляд затуманился при воспоминаниях.