Охота на Джека-потрошителя. Охота на князя Дракулу

Каждая капля воды, падающая на крышу экипажа, громким эхом отдавалась в моих ушах, и мои нервы были на пределе.

– Может быть, мисс Эмма Элизабет действительно работала в нашем доме до того, как совсем обнищала, – произнесла я. – Может быть, только в этом и заключается ее связь с моим отцом.

– Вероятно, – согласился Томас, внимательно глядя на меня. – Но лучше знать наверняка.

Я прикусила губу, ненавидя себя за то, что так беспокоюсь. Что меня беспокоит больше – то, что я ошибаюсь, или то, что я буду так неправа в глазах Томаса? Второе меня тревожило.

С каких это пор его мнение о моем уме стало настолько важным? Я его едва выношу. И то, что он обо мне думает, не должно иметь совершенно никакого значения.

Но это имело значение. Большее, чем мне хотелось признать.

И потом был еще более темный вопрос, который мне совсем не хотелось признавать. Что связывало моего отца с этими убитыми женщинами? Меня невольно мучил страх, ведь все больше фактов указывало на то, что это не просто случайное совпадение.

Но как это все друг с другом связано, оставалось загадкой.

– Ну, если кто-нибудь из наших слуг знает интимные подробности жизни отца до смерти матери, то это мистер Торнли, – сказала я.

Камердинер одевал моего отца для каждого выхода и знал, когда и где тот находится в любое время. Вероятно, он знал отца так же хорошо – если не лучше, – как его знала мама. Если бы он не стал слишком старым, чтобы выполнять свои обязанности, то, я уверена, он по-прежнему находился бы рядом с отцом.

– Все будет хорошо, Уодсворт. Мы или получим ответы на наши вопросы, или нет. Но по крайней мере мы съездили и попытались.

Вспышка молнии осветила темное небо, будто титаны сотрясали небеса. Вслед за ней прогремел гром, напоминая мне о родителях. Когда я была маленькой и боялась гроз, налетавших на Лондон, я сворачивалась клубочком на коленях у мамы, а отец рассказывал мне, что гром – это шум, который издают ангелы, когда играют в кегли. Мама вызывала кухарку, и та приносила нам карри и лаваш, напоминающие о родине бабушки, а потом рассказывала мне истории о героинях из дальних мест.

С тех пор я почти полюбила грозу.

Вскоре, слава богу, наше путешествие в карете закончилось. Мы съежились под зонтом у двери маленького каменного домика, стиснутого со всех сторон такими же домиками, похожими на коровники. Томас постучал, потом отступил на шаг, позволяя мне первой встретиться с бывшим слугой.