Изумрудная книга

Мистер Уитмен, кстати, ошибся – я совсем не выглядела уставшей (на переменах я много раз удостоверялась в этом, заглядывая в зеркало в девчачьем туалете). Странно, но я чувствовала, что успела выспаться и отдохнуть. После наших ночных поисков клада я довольно скоро снова уснула, и кошмарные мысли меня оставили. Наверное, мне даже приснилось что-то хорошее, потому что в те несколько волшебных секунд между сном и пробуждением я чувствовала себя уверенной и полной надежд. Но как только я открыла глаза, грустные воспоминания о событиях вчерашнего дня нахлынули на меня с новой силой, а первым, о чём я подумала, было: Гидеон только притворялся.

Но крупицы моего предыдущего радостного настроения остались со мной на целый день. Может, всё дело в том, что мне наконец-то удалось поспать пару часов подряд. А может, во сне я осознала, что в наши дни чахотка не смертельна. А может, мои слёзные железы тоже решили передохнуть.

– Как думаешь, могло ли случиться, что Гидеон действительно хотел во что бы то ни стало влюбить меня в себя, а потом, как в стихах, и сам влюбился? – осторожно спросила я Лесли, когда после уроков мы складывали наши вещи в рюкзаки.

Всё утро я даже словечком об этом не обмолвилась, чтобы сохранить ясную голову и составить наш генеральный план. Но сейчас мне необходимо было выговориться, иначе я просто лопнула бы от наплыва мыслей.

– Да, – сказала Лесли, немного помолчав.

– Правда? – ошарашено переспросила я.

– Может, именно это он хотел сказать тебе вчера.

В фильмах мы всегда так переживаем, когда перед самым хэппи эндом возникают какие-то страшные недопонимания – нельзя же лишить зрителя напряжения. Но вот в реальной жизни их вполне можно избежать, всего лишь добавив чуточку общения.

– Точно! В фильме на этом месте ты всегда кричишь в экран: Да просто скажи ему об этом, ты, нерешительная корова!»

Лесли кивнула.

– Но в кино всегда появляется какое-нибудь препятствие. То ли собака перегрызла телефонный провод, то ли подлая завистница не передала герою записку, то ли мать уверяет, будто он переехал в Калифорнию… Ну, ты понимаешь! – она протянула расческу и внимательно посмотрела на меня.

 – Знаешь, чем больше я об этом думаю, тем менее реальной кажется мне идея того, что он не влюбился в тебя.

От облегчения мои глаза снова наполнились слезами.

– От этого он не перестаёт быть мерзавцем, но… но мне кажется, что я могла бы его простить.