Изумрудная книга

Этого обруча в твоих волосах раньше не было, и вообще ты как-то похудела.

– Спасибо, – сказала я.

– Это вовсе не комплимент. Ты выглядишь так, словно у тебя произошло что-то очень неприятное, – он приблизился ко мне на шаг, испытующе взглянув на меня. – У тебя всё в порядке? – нежно спросил он.

«Лучше и быть не может», – хотела ответить я, но, к собственному стыду, расплакалась.

– Лучше и быть не может, – всхлипнула я.

– О да, – сказал Лукас и неуклюже хлопнул меня по спине. – Что, всё так ужасно?

Около минуты я не могла выдавить из себя ни словечка, слёзы текли и текли ручьями по моим щекам.

Я-то думала, что уже справилась с этими эмоциями. Мне показалось, что именно ярость может стать лучшей реакцией на поступок Гидеона, это будет так по-взрослому, так смело с моей стороны. Кроме того, хватит мне уже ныть и голосить, как героине романтических фильмов. К сожалению, Химериус очень точно обозвал меня маленьким фонтаном.

– Остаться друзьями! – пропыхтела я наконец. Мой дедушка имел право знать.

 – Он хочет, чтобы мы остались друзьями и чтобы я ему доверяла.

Лукас убрал руку с моей спины и наморщил лоб, пытаясь понять, что к чему.

– И ты так плачешь, потому что…?

– Ещё вчера он говорил, что любит меня!

Взгляд Лукаса выражал полное непонимание.

– Но разве это плохая основа для крепкой дружбы?

Мои слёзы иссякли, будто кто-то выключил этот фонтан.

– Дедушка! Не придирайся к словам! – крикнула я. – Сначала он меня целует, а потом я узнаю, что это просто тактический ход, манипуляция.

И вот теперь он, значит, приходит с этим своим «давай-останемся-друзьями»!

– Ох, понимаю. Какой… э-хм… подлец! – вид у Лукаса всё ещё был очень неуверенный. – Прости, что я так подробно выспрашиваю, но ты ведь не имеешь в виду этого парнишку из де Виллеров, Номер одиннадцать, Алмаз?

– Именно его, – сказала я. – Мы говорим как раз о нём.

Мой дедушка застонал.

– Как? Неужели? Ох уж эти подростки! Мелюзга! Несмышлёные рыбёшки! Как будто не хватает проблем и без этих любовных историй.

 – Он бросил мне тряпичный платок, взял из моей руки сумку и энергично сказал:

– Хватит реветь! Сколько у нас времени?

– В десять часов вечера по твоему времени я прыгну обратно, – как ни странно, поплакав, я снова пришла в форму и чувствовала себя гораздо лучше, чем прежде, в яростной и такой взрослой роли.

– Что ты там говорил о рыбёшках? Мне, кстати, действительно, немного хочется есть.

Услышав эти слова, Лукас рассмеялся.