Замок в облаках

– Разумеется, помню. Ты одна из девочек Барнбрук, – ответил он исключительно радушно. – Мы рады снова приветствовать вас в нашем отеле. Вы бываете у нас каждый год.

– О нет-нет-нет! Я не одна из девочек Барнбрук! Я – звезда среди девочек Барнбрук. – Она с надеждой взглянула на Бена, потом вздохнула. – Гретхен! Я Гретхен! Помнишь, тебе же всегда так нравилось моё имя.

Правда, что ли? В устах Гретхен её имя звучало как «Грэ-э-этш-ш-шн» и было похоже на сдавленное, гриппозное «а-а-апчш-ш-шхи!».

– Добро пожаловать, Гретхен!

На лице Бена по-прежнему играла приветливая улыбка, а я тем временем врезалась плечом в колонну, что немного привело меня в чувство и вырвало из странного оцепенения, в котором я разгуливала по фойе задом наперёд, словно сомнамбула, горя желанием не пропустить ничего из происходящего.

Мне следовало немедленно исчезнуть, пока никто не заметил моего странного поведения. Я поторопилась преодолеть последние метры до служебного помещения, и, как оказалось, это произошло как раз вовремя: я закрывала за собой дверь, когда в холл вошёл Роман Монфор в сопровождении всех остальных, и притом весьма многочисленных, Барнбруков.

Когда я проскользнула в ложу консьержа, месье Роше как раз положил телефонную трубку на рычаг. (Не нажал кнопку, а действительно положил трубку на рычаг. Большинство гостиничных телефонов были современными, однако телефон консьержа явно относился к эпохе сороковых – пятидесятых годов прошлого столетия, и я регулярно щёлкала его на свой смартфон.

Да что там! Я просто влюбилась в него: старинный диск с цифрами, изящная форма – прелесть!)

– Аэропорт в Сьоне закрыт из-за метели, поэтому частный самолёт семейства Смирновых сядет в Женеве. На всякий случай я перенёс массаж травяными мешочками, забронированный для госпожи Смирновой, на завтра.

– Ух ты, у них ещё и свой самолёт?!

– Если я не ошибаюсь, у них целый ангар самолётов, – ответил месье Роше. Однако я слушала его вполуха, ловя другим ухом малейшие подробности того, что происходило напротив, на стойке регистрации.

А там в это время воцарился хаос. Распределить многочисленных Барнбруков и их ещё более многочисленный багаж по шести номерам оказалось нелёгкой задачей. К тому же и сами Барнбруки ещё сильнее всё усложняли, тараторя одновременно так, что Бен не успевал им отвечать. Его дяди по-прежнему нигде не было видно.

Супруги Людвиг с наслаждением наблюдали за суматохой со своего дивана.