Заклинающая пламя

С каждым метром Антон увеличивал скорость – и вот мы выехали из города. Скорость уже перевалила за сто километров. Машина вильнула вправо и, выровнявшись, поехала по прямой.

– Эй, шумахер, сбавь скорость, – умоляюще попросила я, вжимаясь в сиденье и проверяя ремень безопасности. Совсем не хочется вылететь в окно при очередном повороте.

– Ой, да ладно тебе, – улыбнулся парень. – Ты же не боишься такой скорости.

– Сто пятьдесят километров в час?! – взвизгнула я, с ужасом смотря на спидометр. – Я еще жить хочу!

Не знаю, что на него подействовало больше: мой визг или все же просьба придержать своего железного коня, но автомобиль по воле водителя хоть и мчался пулей по автотрассе, но уже не летел с той самоубийственной скоростью, как будто нам уже на кладбище место забронировали.

Теперь я смогла рассмотреть всю красоту за окном. По одну сторону, позади пролегающей лесной стены, тянулась, убегая в бесконечную даль, громадная горная цепь; взрезающие небо пики покрывал белыми шапками снег.

Иногда даже создавалось впечатление, как с этих великанов, словно спускается небо, обволакивая их острые вершины, собираясь в седловине там, где понижается рельеф между двумя расположенными друг возле друга возвышенностями. По краю дороги возвышалась стена хвойного леса, отгораживая от нас величественные горы. Мне всегда хотелось побыть на одной из вершин.

Невольно перевела взгляд на спидометр. Девяноста пять. Уже намного лучше. Можно спокойно выдохнуть и наслаждаться дорогой.

Но не тут-то было.

– Алиса, – начал разговор Антон после затяжной паузы. Он был очень сосредоточен на дороге и даже ни разу не посмотрел на меня, – расскажи мне о том дне.

О, Боже, нет! Только не это! Я ведь только смогла обо всем забыть. Ночные кошмары перестали меня мучить пару месяцев назад. А он решил узнать и именно сейчас.

– Ты последняя, кто видел его живым. – Парень перевел взгляд на меня. Голос немного дрожал, но лицо не выдало ни капли эмоций, за исключением глаз.

– Когда я пришла, он был уже мертв, – тихо отвечаю, переводя взгляд в окно.

Кажется, еще немного таких воспоминаний – и я разревусь. Вот прям тут. Я ведь должна быть сильной. Я не должна показывать свою слабость. Просто. Должна. Быть. Сильной. Мое сердце не выдержит еще одного такого разговора.

А может, мне просто нужен этот разговор? И не с кем-нибудь, а именно с тем, с кем он был близок, за исключением, конечно, меня. Антон должен знать правду.