Сотня: Сотня. День 21. Возвращение домой

Все было точь-в-точь как год назад. С тех пор как ушел ее отец, мама редко обреталась где-то поблизости, постоянно отлучалась по ночам и частенько отсыпалась днем. Но сейчас у Гласс не было сил стыдить мать или сердиться на ее поведение. Все, что она почувствовала, – это легкая грусть.

Сонины губы искривились в изуверской пародии на улыбку.

– Ты понятия не имеешь, на что мне пришлось пойти, чтобы защитить тебя, – вот все, что она сказала. – Ты должна держаться от этого парня подальше.

– От этого парня? – переспросила Гласс. – Я знаю, ты думаешь, он просто…

– Хватит, – отрезала мать. – Неужели ты не понимаешь, как тебе повезло, что ты до сих пор здесь? Я не допущу, чтоб ты погибла из-за какого-то уолденского засранца, который вначале совращает девушек с Феникса, а потом бросает их.

– Он не такой! – пронзительно выкрикнула Гласс. – Ты же его даже не знаешь!

– Он тебя не поберег. Ты была готова пойти на смерть, чтобы его защитить.

Да он, наверно, забыл тебя, пока ты сидела в Тюрьме.

Гласс передернуло. А ведь правда, когда она оказалась в Тюрьме, Люк начал встречаться с Камиллой. Но Гласс не могла осуждать его за это, ведь, отчаянно стараясь обезопасить любимого, она сама порвала с ним, наговорив при этом ужасных гадостей.

– Гласс, – Соня так старалась говорить спокойно, что ее голос дрожал, – прости, что я была так резка. Но пока Канцлер все еще в палате интенсивной терапии, ты должна быть очень осторожна.

Если, придя в себя, он найдет хоть один повод отменить твое помилование, он это сделает. – Она вздохнула. – Я не могу позволить тебе снова рисковать собой. Неужели ты уже забыла, что недавно произошло?

Конечно же, Гласс ничего не забыла. Воспоминания, как шрамы от браслета на ее коже, останутся с ней на всю оставшуюся жизнь.

А мама даже не знает всей правды.

Когда Гласс миновала контрольно-пропускной пункт и пошла по крытому мосту на Уолден, охранники проводили ее странными взглядами, но она не обратила на это никакого внимания.

Пусть, если им хочется, думают, что она намерена купить наркоты. Они все равно не придумают ей более страшного наказания, чем та мука, на которую она сейчас идет.

Время шло к вечеру, и коридоры, к счастью, были почти пусты. Люк вот-вот вернется с утреннего дежурства, а Картер еще будет сортировать пищевые брикеты в распределительном центре.