Сотня: Сотня. День 21. Возвращение домой

– Или, может быть, все-таки следует вернуться к тюлю? – Мама махнула рукой на стопку забракованных платьев. – Положи-ка их на место, и мы сможем…

Ее прервал донесшийся из кухни сигнал, информирующий о получении сообщения.

– Я посмотрю, – выпалила Гласс и быстро, пока мать не успела возразить, вышла из комнаты. Конечно же, сообщение предназначалось не ей. Ее друзья связывались друг с другом только посредством чипов, а мониторы сообщений использовались для сообщений Совета, по большей части беспредметных, иногда касающихся санитарных норм, а иногда оповещающих об опасной обстановке.

Во всяком случае, можно будет хоть немного передохнуть от обсуждения нарядов. Гласс спроецировала сообщение на воздух перед собой, и у нее перехватило дыхание, когда она увидела имя, мигающее в верхней его части. Письмо было от Люка.

«Уважаемая мисс Соренсон, охрана обнаружила утерянные Вами у солярных плантаций вещи. Вы можете получить их на контрольно-пропускном пункте сегодня до 16.00».

Ей пришлось несколько раз прочесть сообщение, прежде чем до нее дошло, о чем идет речь.

Когда-то, еще до того, как у нее появился собственный чип, они с Люком разработали этот шифр на случай, если мать Гласс станет читать сообщения дочери. Он назначил ей встречу во второй половине дня у солярных плантаций.

– Гласс! – позвала ее из комнаты Соня. – Ну что там?

Девушка быстро удалила сообщение.

– Да просто напоминание о наблюдении за кометой. Как будто мы могли забыть!

Она посмотрела на часы и вздохнула: они показывали только 10.

15. Следующие несколько часов наверняка будут тянуться даже дольше, чем в Тюрьме.

– О, – воскликнула мать, когда Гласс вернулась в спальню, – пожалуй, мы нашли то, что нужно. Ты в нем сейчас выглядишь просто прекрасно.

Гласс неохотно повернулась к зеркалу и поняла, что имеет в виду мама. Она действительно отлично выглядела, но дело было не в платье. Ее щеки заливал румянец, а глаза сияли от радости.

Она выглядела как влюбленная девушка.

В 15.40 Гласс поднялась по бесконечной лестнице к солярным плантациям, которые занимали всю верхнюю часть Уолдена. Сами плантации были закрыты от всех, кроме ученых и сельскохозяйственных рабочих, но на вершине лестницы была маленькая огороженная терраса, с которой открывался вид на поля. Должно быть, когда-то ее спроектировали для наблюдения за рабочими, но она ни разу не использовалась по назначению и почти всегда пустовала.