Хроники Великих Магов. Абрамелин

И на дитя она не очень…

– Как бургомистр посмотрит на то, что Фолькер Курцман обижает простых горожан?– как будто не слыша собеседника, перебил его первый говоривший, – Разрешит ли глава города и дальше Вам торговать замечательными доспехами из Баварии? И как расценит Его Преосвященство Архиепископ Кёльнский прелюбодействе с юной христианкой? Как отреагирует госпожа Курцман на то, что её муж портит маленьких девочек?

– Может как-то можно…

– А ведь девочке еще жениха себе искать! – начал заламывать рука несчастный отец.

 – Кто возьмет замуж жертву насилия?!

Жак не был дураком, и понял, что речь идет об Эльзе, так как других дочерей у господина Вильгельма не было. В это время эта самая жертва насилия выглянула в коридор. Жак не успел спрятаться, и Эльза его заметила. Она выскользнула из комнаты, плотно прикрыла дверь и показала рукой Жаку, чтобы он вышел на улицу. Сама пошла следом. Одета девушка была в отцовский распашной упленд[11 - Длинная верхняя одежда.] поверх её нижней рубашки.

Из-за разницы в росте с отцом, казалось, что на девушке длинное платье со шлейфом и рукавами, по новой моде, длиннее рук. Только прорезей от локтей не хватало, поэтому рукава пришлось закатать. Копна вьющихся тёмно-русых волос ещё не была убрана в причёску.

На улице в столь ранний час никого не было. Эльза, прикрыла входную дверь, схватила Жака за плечи и прижала к стене. Роста они были почти одинакового, а такой силы, с которой её руки толкнули шпиона, вряд ли можно было ожидать от молодой девушки.

Жертва насилия заговорила громким шепотом:

– Ты что видел, Хлебный мякиш?

Хлебным мякишем Жака называли в компании.

– Вообще ничего не видел, – с невинным видом сказал парень. Эльза успокоено ослабила хватку, а Жак уточнил, – к тому времени, когда я пришел, уже всё закончилось. Зато услышал предостаточно!

Девушка снова усилила железный захват:

– Я сейчас отца позову, и он тебя убьет!

Жак вообще не сопротивлялся. Он не боялся одного из лучших своих друзей – Эльзу, Жаку было весело:

– Пока ты побежишь за отцом, я убегу и всем всё расскажу.

А будешь орать, разбудишь людей, и я опять же всё расскажу, – рассудительно предложил варианты развития ситуации юный шантажист, – а вы с отцом всех постояльцев так грабите, или только очень богатых? И со сколькими ты кувыркалась? Детей ещё не завела?

Последние слова сын пекаря уже прохрипел, так как руки девушки сомкнулись на шее говорившего.