Дом слёз

Не окажись она проклята ещё в детстве, быть бы ей магом-природником, и не из слабых. И была бы не первым магом в семье – её прадед, лорд Шамс, являлся нынче старейшим из известных магов Астурии. Какое-то время даже являлся магистром, но проиграл в битве за власть, был вынужден две сотни лет просидеть в родовом особняке, зализывая раны, потом перебрался сюда, в Дом Слёз.

Старший брат Шиповничка был секретарём нынешнего магистра ордена Грозы – возможно, того самого, который подсидел деда. Здесь хорошо работала только целительская магия, и получить в полной мере образование у Шиповничка не вышло.

Она, впрочем, и не переживала – помогать садовнику отсутствие образования отнюдь не мешало.

У розария она наткнулась на мастера Герайна, которого всё так же держал за руку приехавший родственник. Это был жест ребенка, хватающегося за взрослого, как за соломинку… Но в этот раз спасения не будет. Он рассказывал что-то, заглядывая в пустые глаза, мастер Герайн стоял прямо.

– Вырезаю узоры на шкатулках для кристаллов Оринды… – донеслось до Шиповничка.

 – А магам, между прочим, жалованье на пятнадцать процентов подняли… А ты знаешь, меня обещали в мастера произвести, если я тебя верну на работу.

Он усмехнулся.

– Так и сказали: нам требуются маги, кристаллы пользуются спросом, но заряжать их можно только напрямую… тот, кто знаком с магами, должен помочь родному предприятию. Патриотичней надо быть.

Мастер Герайн мягко высвободил руку и отвернулся.

– Простите, – расстроенно улыбаясь, сказал брат-утешитель мастера.

 – Он устал. И вы отдохните – в деревне очень хорошая гостиница со скидкой для родственников пациентов Дома. Отдохните тоже, посетите Трассену – это всего в часе езды отсюда. Там красиво в это время года.

– Он не реагирует на меня… – ответил устало посетитель, почесал в затылке, сдвигая шляпу-котелок на глаза. Брат-утешитель покачал головой.

– Отчего же… на моей памяти он ни от кого не отворачивался.

Шиповничку стало стыдно подслушивать, и она, никем не замеченная, прошла мимо, ловя взглядом знакомый силуэт в тёмно-синем.

Энтони направлялся к дому деда. Лорд Шамс, по прозвищу Старый пень, жил в отдельном особняке. В местах скопления народа не появлялся, у него был собственный штат прислуги: повар, горничная, секретарь. Все они, как и братья-утешители, жили в Доме Слёз. Это уже само по себе являлось платой за услуги, платой временем – живущие здесь не старели, время для них замирало, продолжая свой бег только за воротами.