Небесные всадники

Одежда гатенских горцев разительно отличалась от того, что носили багрийцы-горожане. Пёстрые шерстяные ткани против батиста, шелка, муслина, бархата, парчи и льна.

С девушками увязались и двое из гелиатских принцев, Валериан и Константин. Они на совещаниях были совершенно не нужны, как выразился младший из принцев: «Не пришей собаке хвост». Лейла страшно их стеснялась и больше молчала. Валериан отлично говорил по-камайнски и переводил для Лейлы разговор, ведшийся на гелиатском.

– Расскажите легенду, Этери, – попросил принц Валериан. – Вы обещали, прекрасная княгиня.

Он предложил ей руку, помогая перебраться через канаву. Княгиня улыбнулась, покачала головой и легко перепрыгнула сама. Обернулась, приложила палец к губам, укоризненно сказала:

– Ваше высочество! Мы здесь инкогнито, прочь галантность!

И погрозила пальцем.

Лейла спросила, оглядываясь:

– А его величество и его высочество не участвуют в прогулке?

Обоих братьев Лейла видела за завтраком и обедом.

Оба были по-своему красивые и высокие – Лейла им была едва ли по плечо. Царь выглядел выше, так как был очень худ, зато у младшего, Амирана, плечи были гораздо шире. Амиран Лейле очень нравился – когда-то давно, гадая с подругами, она нагадала себе вот такого возлюбленного: со светлыми, как лён, волосами и серыми глазами, похожими на грозовые тучи. Среди камайнцев таких редко встретишь…

Этери только фыркнула и объяснила:

– Амиран на прошлой неделе отвязал на ярмарке лошадей от коновязи и чуть не сжёг трактир.

А его величество не любит такие прогулки, хотя, видит небо, я старалась!

Дорога от ворот замка до главной площади заняла почти полчаса, так что госпоже Этери хватило времени рассказать легенду.

– Верить или не верить в это – дело каждого, – так она начала рассказ. – Как образованный, современный человек, я не могу верить в собственное небесное происхождение.

Но я багрийка, более того – я гатенская княгиня, и всё своё детство провела в местах, где в эту легенду верят безоговорочно.

Они шли по самому центру улицы, и толпа расступалась перед ними. Лейла поняла, что весь маскарад был затеян исключительно ради увеселения, и что каждый уличный торговец пирожками и каждый попрошайка знает, кто они.

– Так вот, – продолжала Этери.