Раунд 2. Ты будешь моим

– На самом деле оно несколько понизилось при виде того, как моя девушка пялится на этих двух раздолбаев. – Он откинулся на спинку сиденья, позволяя мне сесть, а потом устроился поудобнее, расставив ноги и положив длинные мускулистые руки на спинку сиденья, и наблюдал за мной, слегка нахмурившись. Выглядел он при этом крайне привлекательно.

– А что я, по-твоему, должна была сказать? – улыбаясь, продолжала поддразнивать его я. – Что они выглядят плохо в этих костюмах? Вообще-то, они мне как братья. Понимаешь? К тому же я принадлежу тебе.

 – Я пожала плечами и одернула юбку, чтобы прикрыть колени. – Теперь ты знаешь, что испытываю я, когда все эти женщины кричат, как они хотят тебя, – ядовито добавила я, пристегивая ремень безопасности.

Он схватил меня за подбородок и повернул к себе.

– Какая разница, что они там кричат, когда я схожу с ума по тебе?

Мое сердце пропустило удар.

– Но ведь я чувствую то же к тебе. Поэтому не стоит рычать просто оттого, что ребята смотрят на меня.

Он убрал руку – глаза его внезапно потемнели, челюсти сжались.

– Скажи спасибо, что я умею себя контролировать и не вмазываю их в стенку. Черт, откуда я знаю, что они проделывают с тобой в своих мыслях.

– Если у тебя разыгрывается фантазия при взгляде на меня, это вовсе не значит, что у других происходит то же самое.

– А я уверен, что так оно и есть. Иначе и быть не может.

Я улыбнулась, потому что знала, что он всегда мысленно занимался со мной любовью, когда не мог делать это физически.

Разумеется, то же самое проделывала и я. Уверена, даже самая целомудренная монахиня не удержалась бы от подобных фантазий, если бы увидела Реми.

Придя в игривое настроение, я сунула пальцы под его майку и провела по кубикам пресса, наслаждаясь ощущением гладкой кожи. Я обожаю каждую часть его великолепного тела. Не только как специалист по спортивной реабилитации, но и как бывшая спортсменка – я восхищаюсь безграничными возможностями человеческого организма, его выносливостью и тем, как эти возможности активируются внутренними механизмами, отвечающими за спаривание и выживание.

Да, я искренний фанат человеческого тела, но совершенное тело Ремингтона – это мой храм. И у меня не хватает слов, чтобы описать, что происходит с моим собственным при взаимодействии с ним.

– Все девицы в зале мысленно раздевают тебя, когда ты дерешься, – заявила я, и легкий укол ревности заставил улыбку исчезнуть с моего лица.