Раунд 1. Любовный нокаут

Подняв голову, я увидела искорки в его глазах – казалось, он забавлялся. Я подумала, что он, очевидно, догадывается, что я завожусь. От стыда мне захотелось отбросить его руку, но все же не следовало вести себя столь откровенно, и я осторожно опустила ее и улыбнулась ему в ответ.

– Что вы хотите сказать?

– Ничего особенного, – ответил он, демонстрируя ямочки на щеках. – Просто я весьма впечатлен. Вы такая умелая и старательная, Брук.

– Так и есть. Посмотрим, что вы скажете, когда я доберусь до плеч и спины.

Я собираюсь заняться вами основательно.

Он с лукавым видом поднял бровь – было видно, что он получает удовольствие от этой ситуации.

– Интересно, сколько вы весите?

Я моргнула от неожиданности.

– Я выгляжу худой, но на самом деле я довольно мускулистая.

Наклонив голову набок, он с насмешливым видом протянул руку и захватил мой не слишком выраженный бицепс двумя пальцами. Слава богу, он у меня довольно твердый, в чем Ремингтон и убедился.

– М-м-м… – произнес он, и в его глазах засветились веселые искорки.

– Что значит это ваше «м-м-м»? – с опаской спросила я.

Он бесцеремонно схватил меня за руку и прижал мою ладонь к своему умопомрачительно сексуальному бицепсу. В тот момент он даже не сгибал руку, но от прикосновения к его гладкой упругой коже и твердой как камень мышце у меня перехватило дыхание. И в то же время в том, как он демонстрировал мне свой бицепс, было что-то невыразимо мальчишеское. Я заметила, что он внимательно наблюдает за мной с шаловливым выражением глаз, и невольно закусила губу.

Моя работа предполагает частые телесные контакты, было бы странно отдергивать руку. Поэтому, напротив, я позволила себе сильнее сжать его бицепс. Это было все равно что пытаться прощупать огромный камень, который совершенно не поддавался моим пальцам.

– Х-м-м… – теперь произнесла я с невозмутимым, как у игрока в покер, лицом, тщательно стараясь скрыть бушевавшие во мне эмоции. Надо сказать, я была совершенно ошеломлена и растеряна.

Все чувствительные участки моего тела проснулись и невыносимо болели. Мои генетически заложенные инстинкты, побуждающие к совокуплению, взыграли, кровь кипела.

Он засмеялся и снова провел ладонью по моей обнаженной руке, запустил пальцы под короткий рукав моей блузки и попытался прощупать трицепс на задней стороне руки. Мне показалось, что в его глазах появился какой-то бесовский блеск – он знал, что поймал меня.