Электрический идол

Я отталкиваюсь от стойки и иду к ней. Медленно. Даю ей достаточно времени увидеть, что подхожу, и решить, что с этим делать.

– А ты трахаешься, Психея?

– Это не твое дело. – Ее голос становится немного хриплым, когда я останавливаюсь перед ней и упираюсь ладонями в столешницу по бокам от ее широких бедер. – Что ты делаешь?

– Упражняюсь. – Я чертов лжец, но почему бы нет. – Ты не можешь подскакивать каждый раз, когда я оказываюсь рядом. Никто не поверит, что мы трахаемся как кролики, если будешь так делать.

 – Каждый раз, когда произношу слово «трахаться», она слегка вздрагивает. Так не пойдет. Это никуда не годится.

Она с опаской тянется ко мне, будто ждет, что я укушу, и осторожно опускает ладони мне на грудь.

– Вот. Теперь мы можем продолжить разговор?

Какой разговор? Я и двух мыслей не могу связать, когда Психея ко мне прикасается, а она лишь прижала ладони к моей груди, будто готовится оттолкнуть меня. Я веду героическую борьбу со своим телом, чтобы оно не реагировало так, будто я возбужденный подросток, к которому впервые прикасаются.

Никогда не был таким неуклюжим, даже в шестнадцать. У нас проблемы.

Поцелуй ее.

Соблазни.

Тогда и выбросишь все это из головы.

Не обращаю внимания на шепот искушения и стараюсь сосредоточиться.

– О чем?

– Ты ни с кем не можешь заниматься сексом. – Она слегка шевелит пальцами. – Я не признаю полиаморные отношения, и все в моей семье об этом знают. А еще уверена, что скорее прикончу своего партнера, чем останусь с ним, если он мне изменит.

Пока мы женаты, ты ни с кем не можешь быть.

Честно говоря, такого я не планировал. Секс для меня – возможность выпустить пар и успокоиться. Я получаю удовольствие. Мои партнеры тоже. И каждый из нас в результате доволен. Возможно, я рассуждаю как потребитель, но я в самом деле не подарок, и в Олимпе об этом известно. Всем, с кем пытаюсь встречаться, приходится иметь дело с моей мамой из Тартара, не говоря уже о моей репутации ее подручного. Я парень, с которым трахаются, парень, с которым можно пуститься во все тяжкие, а потом выбрать более безопасный вариант и остепениться.

Так все и происходит, и мне всегда было этого достаточно.

Но это не означает, что я готов открыть Психее эту правду. Тем более пока мы ведем переговоры.

– Психея. – Мне нравится, как ощущается ее имя на языке. И подозреваю, что еще больше мне понравится ощущать ее саму. – У меня есть потребности.

– Тогда предлагаю тебе познакомиться со своей рукой.