Порочная красота

Я стану Аресом, а со всем прочим разберусь, когда титул будет моим.

Движение слева заставляет меня повернуться. Парис. Худощавый белый парень, который тратит на внешность уйму денег. Это ясно по гладкости его кожи и безупречной укладке. Жаль только за деньги не стать хорошим человеком – Парис конченый выродок. Все хорошие качества достались его старшему брату Гектору.

К Гектору я отношусь с симпатией и уважением.

Парис смотрит на Елену как на кусок мяса, который ему не терпится проглотить. Я не слежу за сайтами сплетен, но расставание Париса и Елены было настолько неприятным, что несколько недель не покидало заголовки.

Теперь этот ублюдок едва ли не потирает руки от радости.

Он косится на меня и ухмыляется.

– Прости, приятель, но она моя. Она не сможет отказаться, если я стану Аресом и женюсь на ней.

Гектор шагает вперед, встает с другой стороны от брата и так непринужденно отвешивает ему подзатыльник, будто уже устал делать это.

– Не хами. – Он кивает мне. – Ахиллес.

– Гектор.

 – Раньше он возглавлял один из отрядов Ареса, но потом женился, завел ребенка и перешел на работу к одному из Тринадцати – к Аполлону. С тех пор я редко видел Гектора, но в те времена, когда его знал, он был грозным бойцом. – Как ребенок?

– Вся в мать. – Он слегка улыбается. – Я каждый день благодарю богов, что она не унаследовала мою мерзкую рожу.

Гектор по-своему красив в своей грубоватой манере, у него песочного цвета волосы и добрые глаза, но он прав: победителем конкурса красоты ему в обозримом будущем не стать.

Я широко улыбаюсь, не обращая внимания на Париса.

– Ты, надеюсь, не собираешься состязаться? К тому же у тебя уже есть жена. Я вообще думал, что ты на полпути, чтобы уйти в отставку.

– Семья, – пожимает плечами он.

Я киваю, будто понимаю, о чем он говорит. Моя единственная семья – это Патрокл и отряд, которым мы руководим. Кто мои родители – загадка. Видимо, они не хотели детей, поэтому последовали традиции и оставили ребенка (то есть меня) на ступенях храма.

Я вырос в одном из приютов, которыми руководит Гера, но сомневаюсь, что она хоть раз бывала там с тех пор, как я родился. В восемнадцать мне представился выбор: работать на Ареса, Посейдона или Деметру. Хотя особого выбора не было. Я оставался помощником Ареса в течение нескольких лет, пока Афина не вытащила меня из этого болота и не показала, каким может быть величие.

Оно всегда было моим предназначением.

– Теперь пришло время кандидатам выйти вперед.