Страх, разжигающий пламя

Отец устраивал ему взбучку из-за очередного фото, на котором его сын поглощал стопку текилы, слизывая соль с живота роскошной блондинки, или же по подозрению в общении с бывшими друзьями, замешанными нынче в коррупционном скандале. Один находчивый блогер даже присвоил Финну титул «его высочество Скандал».

Король, однако, не находил в таком положении дел ничего забавного. Последний его замысел состоял в том, чтобы повсеместно объявить о предстоящей свадьбе своего сына, дабы обелить его имя. Очередная попытка утихомирить злые языки.

Неожиданно Финн замер. Неужели отец нашел ему кого-нибудь? О нет!

Нужно было растягивать этот процесс как можно дольше. Но в итоге Финн сделает то, что желает его отец. Его жизнь никогда не принадлежала и не будет принадлежать ему самому.

Джеймс открыл перед Финном заднюю дверцу автомобиля. Принц попытался совладать с раздражением. Административное здание береговой охраны стремительно удалялось от него, за окнами расстилалась его родная земля.

Туристический сезон был в самом разгаре. На береговой линии стройными рядами выстроились яркие фасады сувенирных лавок и небольших бутиков. В них было все, начиная от баснословно дорогих кремов для различной степени загара до карикатур, которые прямо на ваших глазах рисовали уличные художники. Влюбленные парочки прогуливались рука об руку по набережной, молодые мамочки толкали перед собой коляски в парке неподалеку от пляжа.

Для Финна не было края милее. Каждый день он благодарил Бога за то, что может не только жить здесь, но и служить своему народу. Это был его долг, и выполнял он его с удовольствием.

Быстро, слишком быстро машина остановилась напротив величественных кованых ворот дворца, где Финн родился и вырос и откуда бежал при первой возможности.

Он осознал это, как только они остановились. Теперь дворец станет домом для царствующих короля и королевы, а также для их преемников – его брата Александра и его супруги Порши.

Уйма рабочих суетилась на прилегающих к дворцу территориях. Садовники в поте лица боролись с растительностью, пытаясь придать саду французский акцент. Цветочная композиция окружала центральный фонтан-скульптуру короля Этьена Первого, который два века назад инициировал отделение Деламера от Франции.