Проект «Джейн Остен»

То, к чему я так стремилась, смахивало на тюремное заключение с отвратительной гигиеной, бесконечным притворством, угрозами для жизни. О чем я только думала?

Королевский институт узкоспециальной физики был не тем местом, которое могло бы вызвать интерес у человека вроде меня; я была весьма далека от его когорты исконных британцев – работавших там аналитиков, ученых и шпионов. Узнала я о нем случайно – в постели посреди Монголии.

Норман Инг, пусть и крайне ответственный коллега, и благородный во всех отношениях человек, был весьма болтлив.

Он обожал секреты, но хранить их совершенно не умел, о чем стоило бы догадаться, прежде чем переспать с ним и обнаружить, что я превратилась в объект непристойных сплетен, гулявших среди волонтеров. Впрочем, меня это не остановило: после землетрясения Монголия была мрачным, холодным и неуютным местом, худшим из всех, куда я когда-либо вызывалась волонтером. Или лучшим – если вашей целью было облегчение людских страданий, ибо здесь их имелось в избытке.

Однажды поздней ночью, расслабленный после совокупления, Норман рассказал мне о своем старом школьном друге, некоем докторе Пинге, ныне трудившемся в малоизвестном государственном исследовательском центре в восточной Англии.

– Хочешь сказать, что в Исконной Британии… Нет, это безумие. Ты выдумываешь.

– Они освоили реальное перемещение во времени, – повторил он. Ветер выл, остов юрты поскрипывал. – Рейчел, они совершили прорыв. Люди этого пока не понимают, но однажды оценят. Когда обнародуют результаты, все подряд станут причислять себя к исконным британцам, даже чаще, чем сейчас.

Китайцы простят им опиумные войны. Американцы – ой, вы, ребята, уже извинились за независимость, я и забыл. – Норман с его кембриджской ученой степенью и знатными предками, которые уехали из Гонконга еще до того, как тот в конце двадцатого века стал частью Китая, был исконным британцем, но вполне мог сойти и за иностранца.

– Это же уму непостижимо. Невероятно.

– Ты слышала о сервере «Прометей»?

Я зевнула – не спала с самого рассвета.

– Колоссальный источник энергии, суперкомпьютеры, что-то такое. – Короче, то, чего в нашем мире и так было предостаточно.

– Ты так говоришь, будто это нечто обыденное! Это событие прежде невиданного технологического масштаба! С достаточным количеством энергии и данных можно сделать расчеты для чего угодно, включая кротовые норы и поля вероятностей, а еще смоделировать все возможные варианты развития событий.