Вдребезги

Небо покрылось мясистыми темными облаками. За последнее время прошло много дождей с ураганным ветром, редких для апреля. Голос Блю возвратил меня к реальности.

– Бедный Брюс, – сказала она тихо, показывая на окно.

Барберо стоял на углу парковки. На нем был не медицинский халат, а светло-голубая толстовка с капюшоном, рубашка с воротником, джинсы и белые кроссовки – в этой одежде он выглядел как обычный парень с улицы.

– Ох, – произнесла я. – Ох.

Ему нравилась Джен. Его зовут Брюс.

Еще на нем были небольшие очки в металлической оправе: в них он казался не таким… придурковатым… но вроде как… милым.

Мы с Блю смотрели, как он вытирает глаза, садится в свою машину – поржавевший маленький хетчбэк оранжевого цвета – и уезжает.

– Бедный, бедный Брюс, – прошептала Блю.

Тела соединяются. А иногда нет.

Айсис перебирала пальцами буквы игры «Скрэббл». Ее ногти были обгрызены еще сильнее, чем мои. Она облизнула уголок губ языком.

– Почти готово, Чак. – Она резко сдвинула буквы с поля. – Почти.

Я теребила свою футболку из «варенки» и цветастую юбку в стиле хиппи. Мама Майки все же приходила с коробкой старых вещей Тани, оставшихся со времен ее ничегонеделания: футболки из «варенки», тонкие шуршащие юбки, пеньковые сандалии и бабушкины шали. И хотя там было еще несколько старых свитеров, я надела самый лучший – вязаный синий кардиган с ромбами и серебристыми пуговицами в форме желудей. У меня не получилось поговорить с мамой Майки. Если человека не было в списке посетителей, его не пускали внутрь, а я не могла пользоваться списком, потому что нарушала правила.

В любом случае, я не узнала, кто бы мог прийти навестить меня, кроме Майки, но до этого было еще долго, несколько недель. Каспер обещала, что внесет его в список моих посетителей. В остальном я знала, что там только одно имя – моей матери. Но я не ждала ее прихода, и Каспер не упоминала о ней.

В комнате отдыха зазвонил телефон, и все начали искать глазами Барберо. Звонки переводились сюда наверх, только если звонящий был в основном списке внизу.

Звонящие должны быть одобрены врачом и занесены в список – это происходило только по усмотрению врача. И все же нам не полагалось отвечать на телефон самим.

– Он, должно быть, в туалете, – предположила Блю, пожимая плечами.

Телефон продолжал звонить. Фрэнси толкнула Сашу локтем:

– Ответь.

– Вот ты и ответь.

Саша вернулась к игре «Коннэкт 4». Никто не любил играть с ней – она жульничала. Блю поднялась с дивана.