Научи меня жить. Книга 2

Еще был мой старенький бумер, который я купил еще подростком. Остальными пользовались охрана или были вовсе закрыты брезентом.

Вернувшись домой, я встретил Михаила, сидящим на ступенях перед входом в особняк. Он курил и задумчиво глядел на небо.

– Ты решил больше не появляться дома? – спросил он, делая еще одну затяжку. – Твоя мать переживала. Мог бы и позвонить ей. Тебя не было три дня.

Он всегда называл свою жену так при разговоре со мной, но я сам так и не набрался смелости назвать ее мамой.

Хотя, по сути, так оно и было. Галина Анатольевна вырастила меня с младенчества.

– Я получу за это утром, – ответил я, плюхаясь рядом с ним.

– Пришлось отмазать тебя, – сказал он. – Моя жена – умная женщина, она знает, чем ты занимаешься, но она по-матерински волнуется за тебя. Постарайся не пропадать раньше утра. Дай ей тебя просто увидеть, чтобы она успокоилась.

Я кивнул в знак согласия и протянул руку, чтобы взять у него сигарету. Михаил молча дал мне пачку и зажигалку.

Я затянулся и выдохнул густой дым в небо. Мы оба молчали, но спустя мгновение я спросил его.

– Что ты знаешь о Новикове?

Он вопросительно посмотрел на меня. Михаил знал, что я продолжил работать с ним после смерти отца.

– Только то, что ты и так знаешь, – ответил он. – Он пользовался услугами по перевозке своих товаров через порт. Больше их ничто не связывало.

– Точно? Важна любая деталь.

Он задумался на мгновение и покачал головой.

– Слишком много воды утекло.

Не могу так сразу сказать. Если я что-то вспомню, то сообщу тебе.

– Спасибо, – ответил я и потушил сигарету. – Спокойной ночи.

Я хлопнул его по плечу и встал, чтобы направиться внутрь. У дверей меня остановил его голос:

– В сейфе твоего отца есть документы. Знаю, ты смотрел их, когда вернулся пять лет назад, но с тех пор много всего произошло. Возможно, сейчас какие-то бумаги помогут тебе, потому что ты стал владеть большей информацией спустя годы.

– Спасибо, – поблагодарил его я и вошел внутрь.

Меня встретила мертвая тишина. Огромный особняк был наполнен ночной тьмой. Казалось, он совсем безлюден. Я не любил его. Никогда. А сейчас тем более. Он съедал своих обитателей одного за другим, и мне не хотелось жить в нем все больше и больше.

Пройдя в сторону кабинета своего отца, я остановился возле спальни Галины Анатольевны и тяжело вздохнул. Если я найду в его документах какие-то зацепки, то не буду ждать утра.