Аромат роз

Четвертая пара прибыла через несколько минут. Возраст приглашенных колебался в диапазоне от тридцати пяти до шестидесяти лет. Хозяин познакомил их друг с другом, после чего провел в гостиную.

Элизабет мысленно похвалила себя за то, что остановила выбор на черном платье. Остальные четыре женщины были одеты в равной степени дорогие наряды. Две были в брючных костюмах с блестками, одна в нарядном платье до колена, четвертая – в простом узком облегающем платье, похожем на ее собственное.

Все немного поговорили, затем Карсон жестом собственника положил руку на плечо Элизабет.

– Если дамы не возражают, то прежде, чем мы приступим к ужину, мужчины обсудят несколько деловых вопросов. Мы скоро вернемся.

Не дожидаясь согласия дам, четыре джентльмена удались вслед за хозяином.

Элизабет повернулась к остальным женщинам, приняв на себя роль хозяйки дома.

– Вы впервые в Сан-Пико?

– Да-да, мы все здесь впервые, – призналась женщина в нарядном платье, Марианна Хобсон, жена Чарльза Хобсона, торговца недвижимостью из округа Ориндж.

– У него восхитительный дом, – заметила другая гостья, Милдред Кастенадо, высокая, монументального сложения дама испанского происхождения. Казалось, ее темные глаза пожирали взглядом каждую деталь обстановки.

– Да, это верно, – согласилась с ней Ребекка Майерс. Бекки, так попросила себя называть эта симпатичная интеллигентная женщина. Ее муж, Тед Майерс, был исполнительным директором крупной фармацевтической фирмы.

– Вы давно знакомы с Карсоном? – поинтересовалась четвертая гостья, с серебристо-седыми волосами и тонкими губами. Она была самой старшей, и ее звали Бетти Симино. Ее муж был также старшим среди собравшихся мужчин.

– Мы знакомы несколько лет, – ответила Элизабет. Ей не понравился оценивающий взгляд, которым ее удостоила голубоглазая Бетти. – Но в его доме я впервые. Совершенно согласна с Милдред. Дом просто очарователен.

– Это я порекомендовала ему дизайнера, – с гордостью сообщила Милдред.

– Совершенно верно.

Разговор зашел на тему интерьеров. Миссис Симино отпустила лишь одну-единственную ремарку относительно природы отношений Элизабет и Карсона, которых, по сути дела, не существовало.

Элизабет поймала себя на том, что время от времени бросает взгляды в сторону кабинета, ожидая возвращения хозяина дома.