Прибытие в Одраб

Люди там мрут как мухи, а Империя пригоняет все новую рабочую силу. Интересно, а что будет, когда несчастные местные жители закончатся? Новая партия тел отличалась от прежних: там были дети. Видно имперская верхушка сплошь состоит из нелюдей… Профессор приказал убрать мертвых со двора в морг, он решил продолжить работу завтра: все равно полдня погоды не сделают. Санитары за руки и за ноги таскали тела к тележкам и складывали друг на друга. Кой поспешно отвернулся, он никак не мог привыкнуть к подобному зрелищу.

Вдруг раздался пронзительный крик: ожил ребенок. Перепуганные лаборанты сразу же уронили его на землю, от чего тот заголосил еще громче.

– Вы что, обалдели, твари криворукие?! – не выдержал Тэй, – Мальчишка еще живой! Срочно его на каталку и в операционную! Если он умрет по дороге туда – сами станете подопытным материалом! – пригрозил профессор.

Все было готово в кратчайшие сроки. Кой очень спешил: ребенок был в отвратительном состоянии. Профессиональное чутье Тэя подсказывало, что есть шанс спасти несчастного, но задача была не из легких.

Кто-то на рудниках расстрелял парнишку в упор, и вместо внутренностей профессор обнаружил сплошное месиво. От немедленной смерти пациента спасло длительное голодание. У врача язык не поворачивался назвать чудом выжившего мальчика опытным образцом. Впервые Кой столкнулся с таким жгучим желанием жить. У узников рудников подобное явление – редкость, обычно они рады поскорее умереть и перестать мучиться. Операция шла около получаса, но у Тэя ничего не выходило: с такими повреждениями ребенок, скорее всего, погибнет. Предчувствие не обмануло профессора, но Кой отказался сдаваться. Идея, которая осенила мировое светило генной инженерии, показалась безумной ему самому, но она сработала…

***

Когда Портэр открыл глаза, за окном уже стемнело. Рядом тихонько сопела девушка. Агата крепко спала, прижавшись к нему. В ее кулачке были зажаты деньги. Значит она так и не вышла из номера. Здорово девчонка перепугалась, обнаружив его, бьющегося в судорогах, да Гай и сам, признаться, перепугался, чего греха таить.

«Дрыхнет девчонка, дрыхнет, Волчица такая… Какие черти принесли тебя в Империю?! А главное – на кой ляд я именно в этот день поперся через базар?! Вот приспичило мне! Как теперь расхлебывать все это?! Заварил кашу… Мало мне проблем что ли?! Ладно, сейчас уже ничего не поделаешь».

Стрикс резко сел на постели. Раздался отчаянный скрип старой мебели.