Мертвые голоса

Олли посмотрела на себя и увидела, что тоже одета в белую ночную рубашку.

Она все еще не могла рассмотреть лицо девочки, стоящей возле кровати. Зато видна была ее рука, держащая Олли за рукав, – костлявая, серая, с длинными черными ногтями. Кончики пальцев тоже почернели, как будто девочка окунула руки в сажу.

Олли вырвалась, чуть не упав с кровати.

– Пожалуйста, – захныкала из темноты маленькая незнакомка. – Я ищу свои косточки. Поможешь мне их найти?

Косточки?! Олли поняла, что нужно уносить отсюда ноги, и принялась озираться в поисках выхода.

В кроватках лежали девочки. Их веки были сомкнуты и покрыты коркой инея, словно скованные морозом. Кожа у всех девочек казалась серой. Они лежали неподвижно, будто замерзли насмерть.

Олли очень хотелось убежать, но выхода нигде не было. Сердце стучало все быстрее и быстрее.

– Мне нужны мои косточки, – снова прошептала девочка. – Без них мне отсюда не выбраться.

Олли попыталась ответить что-нибудь, но не смогла произнести ни звука.

Внезапно девочка схватила ее за руку. Пальцы были холодными, худенькими и ужасно сильными.

– Она идет! – зашипела маленькая незнакомка. – Ты должна мне помочь. Если попадешься, она и тебя уложит в кровать. И меня тоже. И тогда уж точно никогда не отпустит. Как остальных. – Она указала на девочек, чьи веки покрылись инеем. – Уснешь здесь навечно.

В коридоре раздались шаги. Девочка поморщилась, как от боли, но не отпустила рукав Олли.

– Хорошие девочки не сбегают, – пробормотала она, будто разговаривала сама с собой. – Они остаются с матушкой. Только дрянные девчонки пытаются сбежать. Я дрянная девчонка. Я не готова остаться здесь навсегда.

Луна осветила ее лицо. В отличие от остальных девочек, ее глаза были широко раскрыты, хотя их тоже окружали морозные узоры. Как будто она замерзла с распахнутыми веками, а не с сомкнутыми. Она даже не моргала. Эти широко раскрытые глаза придавали ее лицу крайне испуганное выражение.

Олли едва дышала от ужаса. Быстрые, клацающие шаги снаружи все приближались.

– Я не знаю, где твои косточки, – выдавила она.

Девочка покосилась на дверь глазами, полными страха.

Потом она наклонилась и произнесла совершенно другим голосом, так тихо, что Олли с трудом расслышала:

– Это не важно. Не слушай голоса.

– Что?! – переспросила Олли высоким от испуга голосом. – Какие голоса?

– Мертвые голоса, – сказала девочка.