Портрет любимого

Портрет любимого

Кэтрин Джордж

Любовный роман – Harlequin #99

Молодая английская художница приезжает на греческий островок, чтобы насладиться тихими днями, наполненными солнцем и морем. Но вскоре ей приходится забыть о спокойной жизни…

Кэтрин Джордж

Портрет любимого

Пролог

Широкими шагами он направился к распахнутым дверям зала заседаний, предвкушая момент, когда встретит приветливые улыбки одиннадцати членов совета директоров. Двенадцатая, единственная женщина в совете, в ответ на вежливый кивок пронзила его взглядом, полным ненависти.

Он спокойно подошел к единственному свободному стулу, сел и открыл свой кейс.

Женщина, сидящая во главе стола, следила за каждым его движением глазами кота, готового наброситься на свою жертву, однако Лукас, полностью уверенный в своем успехе, не обращал на нее никакого внимания. Благодаря неделе тайных переговоров, которые велись с каждым из одиннадцати сидящих за этим столом, сегодняшняя встреча была чистой формальностью.

Когда официальная часть была закончена, Лукас встал, чтобы детально представить свое предложение.

Он внимательно посмотрел на каждого:

– Кто за?

Все руки, кроме одной, согласно поднялись, и лишь Мелина Андреадис вскочила в гневном протесте. Она посмотрела на своего соперника так, что Лукас должен был бы окаменеть, потом смерила смертоносным взглядом каждого из сидящих за столом мужчин.

– Вы, болваны, возомнили, что сможете передать когда-нибудь мою компанию этому… этому плейбою?! – закричала она в ярости и потрясла кулаком.

 – Я голосую против!

Лукас смерил ее взглядом. Его лицо, бесстрастное как маска, ничем не выдало переполнявшее его чувство триумфа.

– Дело уже сделано. Мои более чем щедрые условия совет принял большинством голосов.

– Они не могут! Я запрещаю. Это моя авиакомпания, – гневно прошипела женщина.

Его глаза холодно блеснули.

– Нет. Эта авиакомпания всегда принадлежала моему деду и никогда не была твоей. А теперь она моя.

Я, Лукас Андреадис, ее владелец по праву собственности… и крови.

Глава 1

Неясное пятно на горизонте постепенно превращалось в остров, который словно вырастал из ослепительно-синего моря. Чем ближе подходило пассажирское судно, тем отчетливее становились видны таверны с тентами на набережной, а на склонах холмов – разбросанные, словно детские кубики, домики со светло-коричневыми крышами и белоснежными стенами, окруженные соснами.