Игра в обольщение

Двор неплохо ухожен, возможно, заботами садовника.

Дверь открылась, струйка охлажденного кондиционером воздуха вырвалась на свободу и овеяла его. Он изобразил дружескую улыбку:

– Привет!

Девушка, открывшая дверь, была высокой, по крайней мере пять футов семь дюймов. Длинные кудрявые черные волосы обрамляли ее лицо сердечком. Ее глаза были синими и блестящими, почти цвета волн, на которых он занимался серфингом на закате. На полных губах играла нерешительная улыбка. На длинной шее никаких украшений. Из одежды – летний свитер поверх шорт цвета хаки, доходивших до середины бедра.

Ее ноги…

Длинные, стройные, загорелые. И Хантер вдруг представил, как они обвиваются вокруг его бедер.

Он поспешно тряхнул головой и протянул руку. Он здесь, чтобы получить ответы. Не женщину.

– Хантер Карутерс, – представился он. – Я когда-то играл в футбол в команде тренера Гейнера и хотел узнать, может, он найдет время поболтать со мной.

– Я – Феррин, дочь тренера Гейнера, – ответила она. – Заходите, и мы сможем поговорить.

– У тренера есть дочь?

– Да. Но предупреждаю, я пошла не в него. Не умею ловить мяч. Не умею бросать, и говорят, что у меня аллергия на все виды спорта.

Она повела его в глубь дома, в залитую солнцем кухню.

– Все виды спорта?

– Насколько я могу судить.

В ее голосе звучали шутливые нотки.

Проходя мимо кабинета, он заметил витрину с кубками на одной стене и фотографии тренера Гейнера со знаменитостями, политиками и прославленными учениками.

– Хотите выпить? – спросила она, показывая на обеденный стол.

– Э-э… я бы хотел видеть тренера, – пробормотал Хантер.

Какой бы она ни была хорошенькой, он здесь по делам, а флирт с дочерью тренера – невероятная глупость.

– Сначала нам нужно поговорить, – повторила она.

– Какого рода беседа? С лимонадом или виски?

Она снова улыбнулась:

– С лимонадом. А какого рода беседа требует виски?

Он наблюдал, как она наполняет стаканы лимонадом.

– Боюсь, вы вряд ли захотите это узнать.

Она подала ему стакан и села напротив.

– В начале года у тренера случился инсульт, и я не уверена в том, что он сможет вам сказать что-либо существенное.

Инсульт?

– Он в порядке?

– Доктора утверждают, что будет. Я здесь, чтобы помочь ему оправиться и снова встать на ноги. Но он терпеть не может лекарства… впрочем, это не важно. У него бывают хорошие дни и плохие.