Проигранное желание

За окном крупными хлопьями валил снег, подсвечивающийся желтым светом уличных фонарей, в комнате не горела ни одна лампа, но этого и не требовалось. Здесь было светло, тихо и как-то волшебно. Словно я на один миг вернулся в детство, в ожидание рождественского чуда. И хотя во взрослой жизни я понимал, что его не существует, но сейчас почему-то хотелось верить, что все-таки что-то такое есть.

Я смотрел на постельное белье с самолетиками на кровати, приоткрытый шкаф, на дверце которого висел фанатский шарф, и не хотел идти завтра на работу, так же, как и не хотел снова видеть то, как изменилась жизнь.

Даже не раздеваясь, чтобы не нарушить момент, я лег на кровать, закрыл глаза, чтобы через несколько секунд открыть их и заметить светящееся звездное небо прямо на потолке – наклейки, которые мы втроем очень долго и упорно пытались приклеить на глянцевый потолок. В итоге получилось. И они до сих пор светились. Был ли в этом какой-то смысл или я просто пытался зацепиться хоть за что-то, что раньше имело значение?

***

Спать на спине было жутко неудобно.

На боку тоже. А на животе – просто издевательство. Все-таки задницей я приложилась неплохо, потому что наутро чувство было такое, что меня хорошенько отпинали по мягкому месту или отшлепали, что, конечно, оказалось бы лучше реальности, в которой я почти не спала.

Состояние жутко напоминало похмельное. И опять ни кофе, ни чай не уменьшали желания лечь обратно.

И с одной стороны было бы славно увидеть то, как работает карма. С другой, именно это я и увидела, точнее, почувствовала на себе.

Поэтому моя злость на Ротчестера была совсем необоснованной. Ну, если не считать того, что, оказывается, все это время он был моей незримой фамильной тенью. Почему вообще с утра пораньше, потирая ушибленную задницу, к которой было даже больно прикасаться, я думала про этого невыносимого, ужасного и самовлюбленного придурка?!

Я с особой осторожностью опустилась на край стула на кухне, пытаясь не морщиться от боли. Вряд ли преподаватели оценят мою гримасу, когда я с непривычки сяду, как привыкла.

Было бы разумно вообще никуда не идти, но…

Я выглядела, наверняка, почти комично. Гирлянды перемигивались белым холодным светом, за окном царила полная темнота, даже не кружил снег, на столе стояла красно-белая кружка с ручкой в форме рождественского леденца, едва заметная струйка пара взвивалась вверх, растворяясь где-то под потолком. А я сидела на мягком стуле половиной задницы и смотрела в одну точку.