Дом Злодеяний. Тайны Мертвого Леса

Мы послали телеграмму, что приедем, но я не уверен, будет ли он нам рад, – задумчиво протянул юноша, снова вспомнив строчки письма.

– Да не нервничай ты так. Разумеется, он будет рад. Ты ведь его единственный и любимый племянник, – вдохновленный происходящем ответил друг.

– В письме было ясно сказано об обратном, – его не покидало чувство, будто бы дядя старательно избегал контакта с ним.

В нем боролись два совершенно противоположных чувства. На одном фланге стояли настороженность, напряжение и колющий дискомфорт, а на другом эмоциональное возбуждение, ликование и предвкушение расследования.

На поле боя одни эмоции и чувства хаотично сменяли другие. Они сходились и расходились, словно волны в бескрайнем океане.

– Старина, расслабься и наслаждайся поездкой. Мы скоро доедем. Там и узнаешь, рад он тебе или нет, – закончил полемику Габриэль.

Примерно через пол часа они прибыли к месту назначения. Лоренс и его спутники, выйдя из экипажа, сразу стали осматривать обстановку вокруг. Со стороны они выглядели все, как на подбор, величавые аристократы.

Одеты молодые люди были практически в одинаковые серо-черные костюмы и накидки и парадные цилиндры, а их туфли были начищены до такого блеска, что можно было смотреться в них, как в зеркало.

Их вниманию предстали обычные серые улочки и маленькие домишки. Ничего выдающегося на первый взгляд они не нашли. Обыкновенное тихое, унылое и забытое Богом место. Мрачный городок их совершенно не впечатлил.

– Лори, мальчик мой! Как я рад тебя видеть! – им навстречу практически бежал констебль и радостно приветствовал приезжих юношей.

 – Как ты возмужал! Могу поспорить, что от Лондонских леди отбоя нет, а?

Он не был похож на Лоренса. Темно-каштановые короткие волосы, которые были нелепо зачесаны назад, щетина, которой на вид было уже несколько дней, зеленые большие глаза и нос, похожий на картошку. Массивный мужчина всем своим видом источал заразительное добродушие и радость. Было в его взгляде что-то искренне детское и озорное.

Такие люди – редкость. Лоренс всегда поражался его неуемному оптимизму, который находил последователей везде и всегда.

– Здравствуй, дядя Джон! Я тоже очень рад тебя видеть, – они пожали руки и крепко обнялись, хлопая друг друга по спинам. – Как давно мы не виделись? Год? Два?

– В последний раз в Лондоне летом 1908! Ужасное упущение, что мы так редко видимся, мальчик мой! Вижу, ты не один. Представь меня своим спутникам, – выпятив грудь, важно сказал констебль.