Тайна стоптанных башмачков

 – Вдруг у меня просто-напросто банальное сотрясение? А я уже сама себя до трясучки напугала. Вот будет смешно, когда выяснится, что там какие-то пустяки!» Однако Анна в глубине души не очень-то верила в такой исход.

– Ты родился в лесу? – спросила она у Охотника первое, что пришло на ум, в попытке занять собственное воображение чем угодно.

Спросила и тут же пожалела. Конечно, он не ответит, а еще обдаст холодным презрением. Но Охотник оглянулся на нее и вдруг заговорил:

– Я родился во дворце.

Мой отец был рыцарем, одним из советников Короля. Меня с самого детства обучали фехтованию, стрельбе из лука и верховой езде. Кажется, ездить верхом и держать в руке меч я научился до того, как стал ходить. Разумеется, меч тогда у меня был игрушечный. Но потом дошло дело и до настоящего.

Такой всплеск откровений удивил Анну.

– А твоя мама?

– Моя мама была главной придворной дамой и до появления Королевы распоряжалась во дворце во время подготовки к важным церемониям.

Девушка заметила, что даже Жан словно невзначай стал держаться поближе, слушая рассказ Охотника.

– Твой отец хотел, чтобы ты вырос рыцарем? – поинтересовалась Анна, ерзая в седле, чтобы принять более-менее удобное положение.

– Я и вырос рыцарем, – отрезал Охотник.

Анна кивнула. Ну да, кажется, теперь все встает на места. Он был рыцарем Короля, а после смерти последнего присоединился к его мести Королеве и поменял дворцовые покои на Темный лес. Вероятно, тогда этот человек и стал Охотником.

– А где твои родители? Они живы?

Жан закашлялся.

– Они умерли, – отрезал Охотник так, что расспрашивать и дальше о его семье пропало всякое желание. Наверное, он и сам уже пожалел о приступе откровенности.

– А Принц? Ты рос вместе с Принцем? – задала она действительно волнующий вопрос.

– Принц на одиннадцать лет младше меня. У нас были разные интересы, – ответил Охотник так же сухо. Отчего-то ей послышалось, будто в его голосе звучит легкое осуждение.

Но вот теперь стало понятнее с его возрастом. Определить, сколько лет Охотнику, у Анны никак не получалось. Принцу двадцать один, значит, Охотнику тридцать два. Все просто. Многовато, но все же не так уж стар и моложе, чем она считала. Должно быть, возраста прибавляет суровая угрюмость.

– Принц – прекрасный фехтовальщик. Лучший в королевстве, все это знают, – подал голос Жан.

Охотник промолчал, а девушке стало приятно.