Розовая гавань

Будет ли он беспощадным и жестоким? Начнет ли бить людей ради собственного удовольствия? Пустит ли в ход свой ужасный кнут, как сделал когда-то отец, заставший жену в постели сокольничего? Гастингс ненавидела все кнуты на свете.

Она вдруг снова услышала писк и, зажав рот, отодвинулась подальше в тень.

Незнакомец сунул под плащ руку и извлек зверька с пышным хвостом. Толпа собравшихся в зале испуганно зашепталась. Уж не дьявольское ли отродье? Нет, слава богу, не кот.

Это оказалась куница. Гибкая, темно-коричневая, с белоснежным пятном на подбородке и животе.

У Гастингс есть отличная шуба из куньего меха. О, она готова спорить, что этому зверьку не нужно бояться стать чьей-нибудь шубой. По крайней мере до тех пор, пока о нем заботится его хозяин. Интересно, зачем прославленному воину живая куница?

А тот поднес зверька к лицу, внимательно посмотрел на него, серьезно кивнул и осторожно спрятал обратно.

Гастингс улыбнулась. Человек не может быть таким ужасным, если носит у сердца милое пушистое создание.

Подошедший Грилэм де Мортон хлопнул незнакомца по спине, как будто это самый обыкновенный человек и ничего более. Мужчина обернулся, и улыбка неожиданно преобразила его лицо. На какой-то миг он вдруг стал очень человечным, но улыбка тут же угасла, и Гастингс опять видела лишь мрачного незнакомца.

Эти двое были примерно одного роста, казались большими, просто огромными, занимали слишком много места, так что всем становилось тесно в их присутствии.

Впрочем, девушка никогда не боялась Грилэма, хотя из рассказов отца знала, что он могучий воин и никакой враг не способен устоять перед ним. Отец сам видел, как Грилэм одним ударом рассек человека, а потом с тем же изяществом и силой зарубил еще троих. Правда, Гастингс сомневалась, что можно казаться изящным, рубя на куски другого человека.

– Грилэм, – раздался грубый и сильный голос незнакомца, – я уже забыл, когда в последний раз видел твою мерзкую рожу, которая так и напрашивается на оплеуху.

У тебя все в порядке?

– Да, хотя вряд ли я заслужил то счастье, что ниспослано мне Господней милостью. А тебя предупреждаю. Не вздумай называть эту рожу мерзкой в присутствии моей жены. Она питает к ней слабость. Хотя жена моя невелика ростом, но может стать опасной, если ринется меня защищать.

– Да, эта леди не похожа на других, – ответил незнакомец. – Тебе известно, зачем я здесь.

– Конечно, – подтвердил Грилэм де Мортон.