Неутомимая охотница

] – весьма неудачная фамилия, которую бедняга всеми силами старался опровергнуть, трудясь за троих, – оставить его одного, он заявил в свое оправдание, что совсем побледнел и зачах взаперти и поэтому решил проехаться верхом.

Однако Плайни вовсе не желал, чтобы хозяин прохлаждался: только сегодня он притащил ему толстую пачку счетов и корреспонденции, долженствующую доказать его трудолюбие. Ах, если бы только его сиятельство отложил на час-другой свою совершенно никчемную прогулку в парке!

– Вы совсем не бледны, милорд, – заверил он.

 – Взгляните на счета, присланные из Пейлдаунс! Счетов от торговцев не так уж много, все остальное – по большей части жалобы.

– Что еще за жалобы, Бландер?

– Видите ли, милорд, ваша тетя Мейбл боится истратить лишний пенни и отказывается купить новые простыни даже после того, как лорд Хилтон ногой проткнул одну насквозь, когда гостил у нас в прошлом месяце.

– Подготовьте вежливое письмо моей тете Мейбл, в котором объясните, что уже купили новое полотно и посылаете ей.

– Но, милорд, я совершенно не разбираюсь в полотне.

– А для чего, по-вашему, Господь создал экономок, Бландер? Потолкуйте с миссис Гласс, а теперь дайте мне немного покоя. Завтра утром снова начнете свои пытки, но не раньше десяти, ясно?

– Да, милорд, но это меня крайне огорчает.

– Велите Берни оседлать Лютера, Бландер. Бегите в конюшню – кстати, вам загар тоже не помешал бы – и передайте, что я немедленно уезжаю. Глаза у меня косят, пальцы онемели, мозг так раскалился, что отказывается работать.

А теперь убирайтесь.

Плайни Бландер тяжело вздохнул и поспешил исполнить приказ хозяина. Лорд Бичем впервые заметил, что секретарь невысок. До такой степени, что наверняка влюбился бы в мисс Мейберри с первого взгляда, подобно остальным коротышкам.

Лорд Бичем выхватил стек и куртку у временно исполнявшего обязанности дворецкого лакея Клода, поскольку мистер Криттейкер, служивший дворецким в Хизерингтон-Хаусе еще до рождения лорда Бичема, мирно скончался в своей прекрасной комнатке на третьем этаже в присутствии всех домочадцев.

Миссис Гласс стояла с левой стороны кровати, держа умирающего за руку. Лорд Бичем возвышался справа. Остальные слуги выстроились по рангу у изножья. Последними словами мистера Криттейкера были: «Горничная из верхних покоев не должна стоять рядом с судомойкой, милорд. Клод, такого я от тебя не ожидал».

– Э-э… желаю хорошей прогулки, милорд.

– Спасибо, Клод.