Шале

 – Может, потом пообедаем вместе?

– Отличная идея! – Я расцветаю в улыбке. – Это будет восхитительно.

Утыкаюсь обратно в свой «Айпэд», уверенная в том, что закроется подъемник, я заблужусь или произойдет еще что-нибудь, что помешает мне явиться к обеду.

– Кэсс тоже может поехать, если захочет, – добавляю я, прекрасно зная, что она вряд ли захочет. Судя по лыжному уроку, на котором я недолго побыла с ней вместе, кататься ей совсем не нравится, так что отделаться от Кэсс будет легко. Но можно, чтобы подстраховаться, «побаловать» ее – забронировать день в спа.

Милли разрезает пирог, раскладывает куски на блюдца и раздает всем присутствующим.

– Хьюго, Саймон, из головного офиса мне сообщили, что вы хотели познакомиться с Кэмероном, владельцем этого шале и еще нескольких на нашем курорте. Он может прийти сегодня на ужин – если, конечно, вас это устроит. Что вы скажете?

Саймон кивает с набитым ртом.

– Отлично, – бормочет он, рассыпая изо рта крошки. Потом с трудом заглатывает кусок и громко рыгает.

– Тогда решено, – отвечает Милли. – Я дам ему знать. А теперь, если вам ничего не нужно, я пойду займусь ужином.

– Он должен быть на высоте, раз босс приходит, так ведь? – Саймон хихикает.

– Безусловно. Хотя, я надеюсь, и остальные блюда, которые я готовлю, вам нравятся, да?

– Тут можешь не сомневаться. Мы будем говорить о тебе только хорошее, – заявляет Саймон, таращась на ее роскошную грудь. С тем же успехом он мог бы шлепнуть Милли по заду.

– Благодарю. Я буду на кухне, если вам что-то понадобится. А так – увидимся в восемь, когда я подам закуски.

– Звучит здорово, Милли, большое спасибо, – говорю я, чтобы Саймон снова не ляпнул какую-нибудь сальность.

Хьюго оборачивается, чтобы посмотреть в панорамное окно.

– Вот это снегопад! – замечает он.

Саймон хлопает его по спине.

– Ну и здорово! – громогласно восторгается он. – Только представь, какой паудер[2 - Паудер – свежевыпавший снег, образующий гладкую и мягкую поверхность для катания.

16

Декабрь 1998 года, Ла-Мадьер, Франция

– Главное – согласовать, что мы будем говорить, – предупреждаю я Энди, как только разговор по телефону заканчивается.

– В каком смысле? Я ни при чем. Не впутывай меня!

– Нет, ты при чем! Мы были вместе, когда потеряли их. И вместе потом искали.

– И это очень плохо, потому что…

– Ничего подобного! – рявкаю я.