Ледяной

Сарк подумала, что сейчас стадо, чего доброго, учует ее даже раньше из-за сильной вони гнилых яиц.

Приглядевшись, она заметила почти у самого горизонта какой-то странный блик. Это не могли быть лучи заходившего солнца, потому что небо покрывали густые тучи. Скорее сияние походило на блеск металла. Почти сразу же Сарк разглядела и других животных. Очертания их размывались из-за дальности расстояния, но они походили на волков. Зрение у Сарк было не такое хорошее, как нюх.

«Успокойся, дыши ровнее, – уговаривала она себя.

 – Ради Люпуса, присмотрись к ним внимательней. Похожи на волков, но двигаются не как волки». Она решила осторожно спуститься с возвышения и подняться на дальний гребень, откуда открывался более обширный вид.

Теперь Сарк их еще и слышала, несмотря на то что ветер дул в сторону и уносил прочь все звуки. Что это они там воют? «Пророк… пророк… клянусь своей священной шкурой, я забудусь в танце… да снизойдет на меня тепло, да получу я вечные запасы мяса…»

«Клянусь своей священной шкурой? Да уж, больше всего они сейчас смахивают на мешки с костями!» Около дюжины волков кружились в странном танце и призывали какого-то «пророка».

Все они казались чрезвычайно истощенными и едва не падали с ног от усталости.

Вдруг в центре хоровода что-то блеснуло – этот был как раз тот самый блик, который заметила Сарк. Волчица разглядела среди танцующих какое-то существо в маске – в металлическом шлеме с забралом. Размером оно было с волка и стояло на четырех ногах, как все волки, но Сарк точно никогда еще никого подобного не видела.

От удивления беспокойный глаз Сарк снова принялся вращаться. Она зажала его лапой, словно глаз был капризным щенком, пытающимся убежать из логова. «Веди себя хорошо», – проворчала волчица и отвела лапу. Теперь она видела четче. Через несколько секунд ветер переменился и донес до нее еще и запахи.

– МакДафф. По меньшей мере два МакНаба, – прошептала Сарк. Но самым удивительным оставалось существо в маске.

Запах от него доносился очень странный – словно след волка, смешанный с запахом совы. «Порча!» – подумала Сарк. Впрочем, «порчей» был не только этот запах, но и все, что делали и говорили странные волки.

Ветер подул сильнее, и до нее донесся слабый аромат. «Метки сновидений? Да как они посмели?» «Метки сновидений» – так называли особые пахучие знаки, которыми волки помечали те места, где умерли их супруги или щенки.