Я никогда не скажу

А чего это ты так взвилась?

На дисплее уже красовался конечный продукт – булочка с корицей, которая, похоже, весила не менее шести фунтов. А потом ее слопали четыре экранных персонажа, хотя такого количества еды могло хватить и на двадцать человек.

– Что за гадость.

– Зато какая вкусная гадость. Надо попросить Эми приготовить такую же.

– Может, такие блюда не из ее репертуара.

– А что, очень даже может, – Лидди потерла место, где намечался синяк, и поморщилась.

– Тебе больно?

– Да ничего страшного.

Она протянула руку и подняла рукав рубашки Лидди. Прямо под татуировкой на ее предплечье были две яркие отметины, которые обвивали ее руку, словно некий амулет.

– Это дело рук Райана?

Лидди опустила рукав.

– Да нормально все.

– Так вот почему ты сделала ту наколку, – потрясенно сказала Марго. Надо сказать, что Райан всегда отличался вспыльчивым характером, и ему как-то нужно было брать себя под контроль. Его пытались воспитывать, пытались и применять лекарства, причем поводом для последнего послужило то, как он однажды после отчисления из хоккейной команды МагГилла высадил битой окно на ледовом поле.

– Он что, схватил тебя?

– Не в первый раз, – Лидди наконец отвернулась от компьютера.

И сухо посмотрела на нее.

– Но он же не бил тебя, когда мы были детьми? Ведь не бил?

Лидди встала.

– А может, потолкуем об этом как-нибудь в другой раз?

– Судя по тому, как ты это сказала, мы уже никогда об этом не поговорим.

– Ну, если ты так считаешь…

Лидди обошла ее и направилась к выходу из подвала.

– Ты куда?

– Кейт пришла.

Глава 6. Я понятия не имела

Кейт

Пунктуальность не была сильной стороной Кейт Макаллистер, так что для страховки перед тем, как отправиться в лагерь, она договорилась с Кевином Свифтом, их семейным адвокатом.

И почти сразу пожалела об этом решении. Там ведь соберутся те, кому либо в районе тридцати двух лет, либо около шестидесяти пяти, и общего у них не так уж много.

В самом деле, не так уж много, хотя Свифт был их семейным адвокатом со времен ее дедушки. Поэтому, как только они пересекли мост Шамплейн, она завесила окно свитером и сказала ему, что устала – не будет ли он возражать, если она немного поспит? Разумеется, никакой нужды в его разрешении не было, но он сразу же согласился, как, впрочем, соглашался со всем, о чем его просили члены ее семьи. Она с присущей ей легкостью и отключилась в считанные секунды.