Я никогда не скажу

Все почему-то принимали такое его поведение как должное, и Райан об этом знал, но никогда не мог понять, почему Шон смирился с подобным отношением. Неужели есть на свете люди, которым нравится быть у кого-то под каблуком?

Кейт и Лидди сели на другой диван, отделившись друг от друга подушкой.

– Давайте уже начнем наше шоу, – сказала Лидди.

– Мы не можем начать, пока все не соберутся, – ответил Свифт. – Таковы полученные мной инструкции.

– Да иди ты к черту, – ответствовала Лидди. – Где Мэри? Кто-нибудь в курсе?

– Она сказала мне, что обязательно приедет, – сказала Марго.

 – Но ты же знаешь, что успеть вовремя никогда не было ей под силу.

– Значит, нужно ей позвонить, – сказал Райан.

– У нее нет мобильного телефона. А трубку стационарного она никогда не берет.

– И что? Будем сидеть и ждать, как бараны?

Ответа на свой вопрос он не получил. Вместо этого они все повернулись и посмотрели на входную дверь, словно их мысли об одном и том же могли заставить Мэри внезапно материализоваться, как на спиритическом сеансе.

Как призрака.

Аманда

23 июля, 1998 год, 6:00

Знаменитая строчка в конце «Великого Гэтсби» – та самая, где говорится об утлых суденышках человеческих жизней, которые сносит упрямое течение – всякий раз заставляла меня вздрагивать, как и тогда, когда я впервые прочла ее, будучи еще школьницей. Она вынуждала меня вспоминать о лагере и о том, как много времени я проводила в подобных суденышках – на парусной лодке, в каноэ, да пусть хоть на водяной горке.

В мире этих лодочек я выглядела как Форрест Гамп. Находиться на борту лодки было для меня совершенно привычно, я инстинктивно умела сохранять равновесие, заняв правильную стойку. Меня даже как-то окрестили «Морские ножки», и это было справедливо.

Меня всегда охватывала грусть, когда в конце лета мы вытаскивали лодки на берег и оставляли их в сухих доках на всю зиму. И как же я грустила, понимая, что придется уехать из лагеря на всю осень, зиму и весну.

Иногда, в мечтах о будущем, мне грезилось кругосветное путешествие или жизнь в каком-нибудь дальнем уголке мира, где я могла бы плавать круглый год. Такие вот недооформившиеся мысли недооформившейся девушки.

Понимаете ли, я всегда считала, что вода станет началом моей новой жизни, но отнюдь не приведет к ее концу. Я понятия не имела – да и откуда бы? – насколько непонятной, непостижимой окажется для меня последняя поездка на лодке.