Дочь викария

С этими словами она устремила взор на тетю и дядю.

Остаток вечера полностью выветрился из головы, как, впрочем, и следующее утро, когда она вместе с Дугласом и Алекс отправилась на верховую прогулку. Она пригнула голову к шее Элинор и отдалась на волю ветра, ерошившего волосы. Больше всего ей хотелось уехать домой, но она знала, что это невозможно и очень огорчит отца, Мэри Роуз и тетку с дядей, тем более что они с такой радостью приняли племянницу, сделали все возможное, чтобы ее первый сезон оказался удачным, чтобы она полной мерой испила чашу успеха! Хуже всего, если они узнают правду, этого Мегги не переживет.

Поэтому она останется и будет наслаждаться столичной жизнью. Ад проклятый, будет наслаждаться каждой минутой следующих двух месяцев!

Мегги прикусила губу, чтобы не заплакать. Никогда больше она не заплачет из-за мужчины!

Вряд ли тетя и дядя понимают ее чувства к Джереми, и слава Богу! Хорошо, что она не проговорилась! Придется веселиться, смеяться и показывать, как она счастлива!

Господи, как хочется задрать голову к тяжелым, вспухшим серым тучам и завыть во весь голос!

Мегги Шербрук провозгласили самой оригинальной особой лондонского сезона 1823 года.

Из всего выводка дебютанток она пользовалась наибольшим успехом. Предполагалось, что голова ее закружится от бесчисленных побед и вскоре она задерет нос выше неба. Число ее почитателей все росло, пока леди Рэнли не изрекла, что имя им – легион. При этом она имела в виду тех джентльменов, которые не давали Мегги ни минуты покоя, и девушка рассмеялась бы, будь все это ей хотя бы чуточку небезразлично. Только ей было совершенно все равно.

Дядя Дуглас получил четыре предложения руки и сердца от самых завидных женихов. Каждое он обсудил с Мегги. Если бы какое-то заинтересовало ее, он немедленно отправил бы избранника к Тайсону. Но Мегги каждый раз упрямо качала головой.

– Сын лорда Марчема, Ланселот, – исключительный молодой человек, Мегги, и, похоже, не на шутку увлечен тобой.

Не виноват же он, что родители дали ему такое имя.

– Нет, спасибо, дядя Дуглас, – прошелестела она, в четвертый раз повторяя одну и ту же фразу.

Дуглас писал Тайсону и Мэри Роуз каждую неделю. В первых письмах описывались успехи Мегги, в остальных – ее полное безразличие к джентльменам, превозносившим ее прелестные голубые глаза – наследственную черту Шербруков, изумительные волосы и искрящееся остроумие.