Хаймы. Вторжение

–Твои сломанные рёбра после вчерашней стычки с господином орком, милая, – сказал он так спокойно, будто это было всем понятно, а я тупица какая-то и не понимаю таких простых вещей.

–Стычки с кем? – я перестала барахтаться и не верила своим ушам. Он что, накурился? С орком?

–У тебя косточки в ушах? Почему ты переспрашиваешь всё по несколько раз? – он чуть ослабил хватку.

Вдруг я начала понимать, что происходит – это какой-то розыгрыш! Я осознала всю нелепость ситуации. Это реально смешно: я лежу на коленках, задницей кверху у парня-красавчика-стриптизёра, который приготовил мне блинчики на завтрак.

И он рассказывает мне, что излечил мои раны после стычки с «господином орком». Что за туфта?! Кто это придумал? Наверное, тётя Ада. Ну, она поняла, что мне скучно жить стало, глюки какие-то начались от недостатка секса, вот и придумала такую историю. Умница тётушка! Надо ж так мозгами ворочать, чтобы задумать нечто подобное? Но умная Я всё раскусила и прервала на корню!

Мне не оставалось ничего, кроме как… начать хохотать.

В общем, я начала заливаться смехом. Мне было так искренне смешно, что я не могла остановиться. Я хохотала, и из моих глаз лились слёзы. Мне было ОЧЕНЬ СМЕШНО!

–Ах… ты смеёшься? Тебе смешно, значит? Ну что ж, давай посмеёмся! – белокурый красавчик не понял моей реакции и скинул меня с колен на пол.

Я рухнула, сильно ударилась бедром (наверное, синяк будет), но мне было всё равно, и я продолжала загибаться от смеха. Я так смеялась! Я просто не могла остановиться! И, если честно, то я уже не понимала, отчего я смеюсь; и было уже не очень-то и смешно, но я продолжала хохотать.

Я каталась по полу на кухне, держась за живот, и умирала от смеха. А он стоял у входа на кухню, опираясь на косяк, и молча наблюдал за мной.

Прошло три минуты, и меня уже начало это пугать. Такое ощущение, что меня заколдовали! Я хотела остановить свой приступ смеха, но не могла! Я не могла ничего поделать! Я смеялась так сильно, что уже болели все мышцы живота, в моих лёгких стало уже очень много воздуха и, кажется, я начинала захлёбываться от переизбытка кислорода, как бы странно это не звучало.

Мне вдруг стало плохо, а я всё смеялась.

Вообще, когда человек смеётся, его левое полушарие мозга (а оно отвечает за логическое мышление) как бы блокируется и начинает активизироваться правое полушарие, которое отвечает за абстрактное мышление (а оно отвечает за ситуацию в целом, не концентрируясь на мелких и незначительных деталях).