Вкус соблазна

– Шантажирует? Почему?

– Не знаю. Она мне не говорит.

– Она знает, кто?

Харпер покачала головой:

– Все это выглядит полным бредом. Моя мать. Безупречная Пенелопа Фонтейн. Не представляю, что она такого сделала, чтобы ее можно было шантажировать.

– А как ты узнала об этом?

– Она приехала ко мне просить денег.

– Сколько?

– Триста пятьдесят тысяч долларов.

Скарлетт ахнула:

– Много…

– Я теряюсь в догадках, что же она сделала. Должно быть, что-то ужасное, если просят такую сумму.

– Она уверена, что случившееся стоит таких денег?

– Трудно сказать. Она невероятно печется о своей репутации, поэтому речь может идти даже о пустяке.

– Может, кто-то влез в ее счета?

– Это невозможно. Дедушка контролирует все ее финансы.

Пенелопа была совершенно беспомощна в этой сфере, поэтому Генри нанял специального человека, который занимался ее счетами.

– Она не хочет обратиться в полицию?

– Она не сделает этого, – ответила Харпер. – Иначе шантажист раскроет всем ее секрет.

– Тебе нужно помочь с деньгами? У меня есть наличные.

Харпер была тронута предложением сестры.

– Спасибо, но я пришла не за этим.

– А зачем?

– Мне надо немного успокоиться перед тем, как отправиться на ужин с моей матерью.

– Она здесь?

– Да. Явилась ко мне сегодня днем – свалилась как снег на голову.

Харпер никогда никому не рассказывала о своих отношениях с матерью, но сестры знали о том, что Пенелопа оставила дочь в Нью-Йорке, а сама уехала во Флориду.

Нетрудно догадаться, что мать и дочь не особенно близки.

– Я могу поговорить с Логаном, – предложила Скарлетт. – Логан и его брат – специалисты по безопасности. Они могут выяснить, кто шантажирует твою мать.

Харпер вдруг испытала огромное облегчение. Она порывисто обняла Скарлетт.

– Не знаю, что бы я делала без тебя и Виолетты.

– Рада слышать. Мне иногда казалось, что ты не очень хотела принять нас в свою жизнь.

Сердце Харпер больно сжалось.

– Мне очень жаль, что я заставила тебя так думать.

Действительно, сначала мне было трудно принять вас. Всю жизнь я была одинокой, лишенной любви даже своих родителей. На самом деле я не знала, что это значит – быть семьей.

– Надеюсь, все изменится.

– Уже изменилось. Теперь вы с Виолеттой – самые дорогие для меня люди, вместе с моим дедом. – Увидев слезы, показавшиеся в прекрасных зеленых глазах Скарлетт, Харпер пожалела, что не сказала ей об этом раньше.