Загляни в свое сердце

Два дня и две ночи, проведенные с Грантом, были незабываемыми. До того рокового уик-энда она даже не подозревала, что ее тело способно испытывать такое колоссальное удовольствие. Умелые ласки Гранта изменили ее навсегда.

Увидев Гранта пять лет спустя, Харли застыла на месте как вкопанная. Эмоции атаковали ее подобно рою голодных москитов. Она испытывала одновременно тревогу, желание, отчаяние и надежду. У нее звенело в ушах, и она не слышала ни слова из того, что ей говорили. Что ей делать? Подойти к нему и поздороваться? Или кивнуть ему и ждать, когда он сам к ней подойдет?

Пока Харли выбирала подходящий вариант, Грант повернулся и направился в другую сторону.

Ее это расстроило и разозлило. Неужели она всерьез думала, что Грант сам к ней подойдет? Он сказал ей, что их короткая связь была ошибкой. Вряд ли он захочет повторить ее пять лет спустя.

– Ты в порядке? – спросила Харли Джеймис Оуэнс. В ее голубых глазах, обрамленных длинными густыми ресницами, читалось беспокойство.

Возвращаясь к реальности, Харли подумала, что Грант, возможно, ее просто не узнал.

Они были вместе всего два дня, и большую часть этого времени провели в постели. С тех пор они не виделись пять лет. Почему он должен ее помнить, когда она была для него лишь мимолетным приключением?

– Да, – ответила Харли, когда лучшая подруга ударила ее локтем по руке. – Почему ты спрашиваешь?

– Потому что ты внезапно напряглась. Сюда пришла твоя мать?

Харли содрогнулась:

– Не дай бог.

Джеймис посмотрела на нее с осуждением, и Харли в ответ на это пожала плечами.

– Я правда надеюсь, что она не придет. Сегодняшний вечер имеет большое значение для «Зеста». Я не хочу, чтобы она меня критиковала и давала ненужные советы.

– Ты ее дочь, и она желает тебе лучшего.

– Ей только кажется, что она знает, что для меня лучше. – На глаза Харли навернулись слезы, и она часто заморгала. – Не знаю, почему я думала, что, когда вернусь, все будет по-другому. Я больше не та девчонка, которая уехала из Ройяла пять лет назад.

Не понимаю, почему все продолжают обращаться со мной так, будто мне все еще восемнадцать. И хуже всего то, что я снова начинаю вести себя как избалованная девчонка, которая требует, чтобы к ней относились как к равной. Отчасти я жалею, что вернулась домой. – Харли тяжело вздохнула. – Я хочу, чтобы мои родные начали видеть во мне самостоятельную взрослую женщину.

Она была младшим ребенком в семье, и отец вместе со старшими братьями и сестрой ее избаловали.