Кондриё моё

– Смотри, когда ты сидишь, ляжки расплющиваются и соединяются. Ужас!

– А у тебя не так?

Ирка села рядом на диван и обречённо констатировала:

– Я тоже толстая! Всё! Отказываюсь от сладкого!

Вика приподняла ноги на носки. Эффект расплющенности немного сгладился. Она успокоилась и выдала глубокую философскую парадигму:

– А зачем тогда жить? Представляешь, дарят тебе Сникерс, а ты такая: «Я толстая, жрать не буду!»

– Точняк! Ступила. Но делать что-то надо, – не сдавалась Ирка. Вдруг её осенило, – давай бегать по утрам! Обмотаем ляжки целлофановыми пакетами, чтобы жир вытапливался, и по три километра каждое утро.

Вика вспомнила свои ощущения после трёшки на физ-ре, и несмело предложила:

– Может с одного километра начнём?

– Нет! Три! Встречаемся в шесть утра.

– Чё так рано?!

– Мне к восьми на работу, ларёк открывать. Московский приходит. Пятнадцать минут стоит. Сегодня идём в кафе, а завтра бегаем. Кто не придёт – овца!

Темно, сыро, холодно. В такое время принцессы выходят из замка только для того, чтобы нарвать крапивы на кладбище, как материал для одежды заколдованным братьям.

Братьев у Вики не было, поэтому вопрос о целесообразности утреннего предприятия оставался открытым. Да и не ходят принцессы в трениках и кедах. Ирка вообще пришла в шортах поверх колготок и ботинках.

– Ты чё голая? – побеспокоилась за подругу Вика.

– Да кинулась, а надеть нечего.

– Тебе же отец с завода костюм спортивный и кроссовки припёр. Ты говорила, им по бартеру давали.

– Ты дура?! В чём тогда на дискотеку пойду. И правильно говорить не «кроссовки», а «красотки», от слова «красота». Какой дурак в них кросс бегать будет? Давай ляжки мерить, я сантиметр принесла.

Ирка размотала портняжную ленту с делениями, окрутила вокруг бедра:

– Пятьдесят пять, теперь ты.

Вика приспустила трико, явив предрассветному миру трусы в розовых сердечках и надписью «Вторник». Сегодня среда. Вика побегает, и наденет трусики с надписью «Среда». Равновесие во вселенной будет восстановлено.

Со стороны детской площадки послышалось одобрительное ворчание. Вика резко натянула штаны. На лавочке, прислонившись спиной к фанерной ракете сидел сосед, алкаш дядя Коля. Наверное, тётя Юля опять домой не пустила.

– Дома измерю. Побежали.

Девушки рванули, обгоняя друг друга. Сначала бежалось легко. Первую минуту. Потом стало колоть в боку. Но принцессы не сдаются! Только на милость принцам. Сдалась Ирка. Ей можно, она же не принцесса.