Обитель Блаженных

– Все мы мыслим, как умеем, а дураков среди нас завсегда будет больше, чем умных. – огорчённый тем, что вынужден бесплодно философствовать, заговорил Лев Моисеевич, ловко выгораживая себя из количества дураков, тем самым уступая местечко для Евпсихия Алексеевича. – А по данному делу ты со мной впросак попал, сосед. Это тебе спуститься ещё ниже надо, на первый этаж, это там буянит Виталик – водопроводчик он. Может что профессиональное у него вспучило, появилась потребность в срочной работе, вот он и принялся по трубам молотить.

– Ах, Виталик?.. И действительно он водопроводчик. И кажется не плохой.

– Да вовсе не плохой. Сущий мастер. – Лев Моисеевич возвёл руки к небесам.

– Да вот какое может быть профессиональное вспучивание, Лев Моисеевич?.. Ведь вечер выходного дня.

– Ну так что?

– Не то время, чтоб за работу браться.

– А что такое, по-твоему, то время, сосед?.. Ты ведь гуманитарий по образованию, и тебе простой человек труда мало знаком. А вот я тебе точно скажу, что иногда настолько приспичит рукам волю дать, что обо всём на свете позабудешь, всё начнёшь отрицать и разукомплектовывать.

Лишь бы предаться счастью собственного мастерства и гвоздь в стену намертво забить, или куда он там напрашивается. Причём, намертво забить, напрочь!.. Чтоб каждый тебя уважал за твоё дело!! Как иногда говаривала моя бабка от переизбытка восторга: у Ивана Кузина – большая кукурузина!..

– Значит, таким вы себе и представляете нашего сантехника Виталика?..

– А отчего же не представить, если вся проблема лежит на поверхности?.

. Просто не сообразил Виталик, что всех переполошит, когда затеял на ночь глядя ремонт трубы. Даже, думаю, не совсем ремонт его обеспокоил, а потребовалось срочно забить втулку поглубже: пока лето на дворе, пока в трубе пусто… зимой уже будет поздно батарею чинить… как ты думаешь?..

– Думаю, что не случайно вы участковому жаловались, что я вас радиацией облучаю.

– Это про какого участкового идёт речь?.. – тревожно-трусливое рычащее блеяние донеслось из глубин грудной клетки Льва Моисеевича.

 – Не знаю я твоего участкового и про жалобы ничего не знаю.

– Да разве не вы на меня доносы в полицию строчили, Лев Моисеевич?.. – выдержав интригующую паузу, спросил Евпсихий Алексеевич.

– И в помыслах ничего подобного не было. Честно говоря, я полицию терпеть не могу и связываться с ней опасаюсь.

– Бросьте финтить, мне участковый инспектор ваши писюльки показывал, и, знаете, распрекрасно мы посмеялись над ними.