Обитель Блаженных

Но всё это было напрасно, поскольку Евпсихий Алексеевич от неожиданности резко поглупел, не нашёл в себе возможности активировать разумные действия, и болт успешно был проглочен.

– Ну вот как же так это всё произошло? – схватилась за голову Катенька. – Лев Моисеевич, ну что вы наделали?..

– А что я, Катенька?.. Вы сами всё видели, я сделал всё что мог. – развёл руками Лев Моисеевич.

– Зачем вы решили поиграть с болтиком?..

– Я всегда играю с болтиками, когда мне надо дома что-нибудь починить, и у меня всегда прекрасно это получалось.

– А вот сейчас получилось чёрт знает что!.. – Катенька даже состроила кулак, которым бы с радостью треснула по Льву Моисеевичу, но участь друга её волновала больше: – Евпсихий, ты точно съел этот болт??

– Да, Катенька, я его съел. – озадаченно прислушивался к своим внутренностям Евпсихий Алексеевич. – Он с такой весёлой пронырливостью промчался внутрь желудка, что, кажется, лучшего местечка для себя и вообразить не мог.

– И никак теперь не выплюнуть?

– Никак, Катенька… если только методом извлечения рвотных масс…

– Да он тяжеленный болт, уж поверьте мне, он с рвотными массами не вынырнет.

 – проговорил Лев Моисеевич.

– Заткнитесь, Лев Моисеевич! – с излишней суровостью отчеканила Катенька. – Вы очень умный оказываетесь задним умом, тогда как надо было ум проявлять, когда с болтиком играли.

Лев Моисеевич поднапрягся и замолк.

– Но есть один хороший момент. – задумчиво произнесла крыса.

 – Желудок Евпсихия Алексеевича не переварит болтика – в этом я могу вас заверить на сто процентов. Даже мой выдающийся желудок отказывается переваривать всяческие железяки. Так что ещё некоторое время болтик Улиньки не покинет внутренностей Евпсихия Алексеевича, а там видно будет.

– Ну вот, дядя Евпсихий съел мой болтик, и теперь наверняка сыт. – поджала губки и пожаловалась самой себе девочка. – А другого-то болтика у меня теперь точно не будет.

– Улинька, мы обязательно подарим тебе тысячу болтов, только ты сейчас помолчи пожалуйста! – с настойчивой ласковостью попросила Катенька.

Улинька задумчиво поднесла пальцы к губам и принялась грызть ноготки.

– Когда Евпсихий Алексеевич сходит по большому (я имею в виду физиологическую нужду), тогда – вероятней всего – болтик и покинет его желудок. Ну, может быть, не с первого раза. Со второго. Или с третьего. – продолжала рассуждать о хороших моментах крыса Маруся.