Обитель Блаженных

И ничего необычного в этом нет, поскольку абсолютно всё в раю имеет свои свойства воодушевления.

– Знаки… или знаковые ощущения, подобные материализации чувств, утративших контакт с семиотической реальностью. – задумчиво пробормотала Катенька.

Викентий Палыч обалдело приподнял брови и хлопнул ладонями себя по коленям.

– Я-то думал, это просто галлюцинации! – воскликнул он. – Старушка-то с нами почти не разговаривает на эту тему – только всё причитает с жалостью – а кроме неё тут и не бывает никого.

Человечки-то целыми днями бродят по кругу да лопочут по-своему, а наши персоны словно бы нарочно игнорируют. Вселяют тем самым лёгкий ужас и недоумение.

– Стало быть, есть у них причины, чтоб вас игнорировать. – заговорила более строгим тоном Варвара Мстиславовна.

– Стало быть, и в раю нам не дано обрести прощения? – принялся привычно позёрствовать Викентий Палыч, подталкивая в плечо приятеля. – Так ведь, Васильич, надо понимать нашу тяжкую долю?.

. Значиться, будут гнобить нас надо до самого последнего вздоха?..

– Несомненно будут гнобить. – ответил тот, осуждающе зыркнув на человечков. – Кабы это просто люди были, тогда бы мы с ними быстренько договорились и разошлись довольными. А с этими придурошными ни о чём не договоришься, они иногда и ведут себя хуже чертей.

– А тут оказывается, что это даже и не черти, а оказывается, что это манифестации. – указал перстом в небо Викентий Палыч. – Нечто требующее от тебя регулярного посыпания головы пеплом.

Соображаешь, Васильич?..

– Соображаю. – кивнул головой Васильич. – Я так-то и не против вовсе: если надо голову пеплом посыпать – я буду пеплом. Лишь бы не говном.

– Да я бы и говном готов, только скажите ради чего. Обоснуйте конечный результат!..

Кажется, только крысу Марусю по-настоящему веселили игривые разглагольствования этой парочки, и она не стеснялась шаловливо подхихикивать.

– Ну, с манифестациями мы худо-бедно разобрались, а вот эти двое безобразников что здесь делают и кого из себя представляют? – придирчиво вопросил у супруги Лев Моисеевич, поскольку ревнивое чутьё профессионального болтуна не давало покоя, обнаруживая в Викентии Палыче конкурента.

– А эти двое, Лёвушка, во всём случившемся на перевале и виноваты. – с грустной суровостью проговорила Варвара Мстиславовна.

– Это они туристов убили?? – ахнула Катенька.