Исчезнувший аптекарь

Какого ученика? О чём он?

– В трёх случаях из шести они попали в точку, – сказал Хью. – Мы уже не можем убеждать себя, что это просто совпадение. Если Стабб сумел догадаться, догадаются и другие – тут только вопрос времени. Саймон уже сбежал из города.

– Куда?

– Во Францию. В Париж, вероятно. Он больше не желает иметь с нами ничего общего.

Вновь последовала пауза.

– Ты тоже хочешь уехать?

– Ты ведь знаешь, что не уеду, – сказал Хью. – Но так не может продолжаться вечно. Тут Стабб был прав. Нам придётся сделать выбор.

Мастер Бенедикт вздохнул.

– Я знаю.

* * *

Когда мой учитель открыл дверь в мастерскую, я сделал вид, будто только что закончил с бочкой.

– Боюсь, мы сегодня не сможем вместе поужинать, – сказал он. – Мне нужно уйти.

Ничего необычного. Учитель часто уходил из дома по вечерам и возвращался поздно, когда я уже спал.

– Да, мастер.

Он уловил надлом в моем голосе.

– Что случилось? Ты расстроился из-за сегодняшней истории? Иди сюда.

Учитель обнял меня за плечи.

– Мне жаль, что пришлось поступить с тобой сурово, но видит Бог, Кристофер, порой ты заставляешь меня гадать: будет ли ещё аптека стоять на своём месте, когда я вернусь домой. Нужно думать головой, прежде чем действовать.

– Я знаю, мастер. Вы правы. И я расстроился не из-за этого. Хотя мне и не улыбается драить полы.

– Тогда в чём дело?

– Чего хотел Стабб? – спросил я.

– Мастер Стабб, – мягко поправил учитель. – Того же, чего и всегда.

– Тогда почему он говорил об убийствах?

– А! Так вот что тебя тревожит.

Теперь, когда я наконец произнёс эти слова вслух, все остальные тоже потекли из меня, несясь бурным потоком, как Темза после весенней оттепели.

– Где-то здесь есть последователи культа, и никто не может остановить их. Том думает, что это католики, а его мать – что пуритане, но я считаю: тут что-то гораздо худшее, чем те и другие. Даже сам король напуган. И вы знали последнюю жертву.

Я перевёл дыхание.

– И что ж с того? – спросил мастер Бенедикт.

– Ну… мы аптекари.

– Мы? – удивлённо переспросил он. – Стало быть, «мы». Как это мило с нашей стороны.

– Вы, мастер.

Он мягко рассмеялся.

– Не бери в голову эти убийства, мальчик. У страха глаза велики. Нет никакого культа. А Натаниэль Стабб безвреден.

«Но он угрожал вам!» – чуть не крикнул я, но успел сообразить: учитель поймет, что я подслушивал.