Чумной доктор

– Но если они не собирались ничего красть, – сказал Том, – то зачем сюда залезли?

Я вспомнил о культе Архангела. Три месяца назад они тоже проникли в лавку, но не пытались украсть ни деньги, ни ингредиенты. Они искали нечто конкретное. Спрятанное. У меня сжалось горло.

– О нет!

– Что? – сказал Том.

– Сокровище. Сокровище мастера Бенедикта. Если кто-то украл его…

– Погоди минутку. Как кто-то мог украсть сокровище мастера Бенедикта? Даже ты не знаешь, где оно. И Исаак не знает. Пока он не пришёл сюда, ты вообще понятия не имел, что сокровище существует.

Я ахнул.

– Письмо!

Письмо мастера Бенедикта! Я схватился за голову. Я оставил бумажку развёрнутой на верстаке в мастерской.

– Я даже обвёл для них секретное сообщение, – прибавил я в отчаянии.

Том не желал верить, что какой-то вор успешно разгадал загадку, которая оказалась мне не по зубам. Он даже сомневался насчёт взлома.

– Но банки были сдвинуты! – настаивал я.

Том поморщился.

– Ты только что узнал о сокровище мастера Бенедикта – и сразу же кто-то явился его украсть? Откуда они вообще могли знать, что оно здесь?

– Те люди… – сказал я.

– Какие люди?

– Сегодня в лавке. Этот нищий – Майлз Гаспар. Или двое других.

– И что с ними?

Я подошёл и указал на прилавок.

– Они были возле двери в мастерскую, когда я разговаривал там с Исааком. Те двое всё время стояли прямо здесь.

– Дверь же была закрыта, – сказал Том.

– И что? Я тебя слышал. Ты обращал внимание на эту парочку?

– Да. Ну… вроде того.

Я вспомнил спор. Венецианская патока. Те двое сказали, что хозяин послал их за венецианской патокой. А она как раз была в одной из передвинутых банок. Я снял её с полки. Но повторная проверка не показала ничего нового. Патоки там было ровно столько, сколько нужно. Её не украли.

– Ну вот видишь, – сказал Том. – Если бы это были они, то взяли бы патоку.

– Тогда, наверное, это Майлз Гаспар. А я дал ему нашу еду…

Том покачал головой.

– Он никак не мог слышать ваш разговор. Он и близко не подходил к двери.

– Тогда надо выяснить, кто здесь был.

– И у кого ты об этом спросишь? У Бриджит?

Голубка выглянула из-за камина и заворковала.

– Нет. – Я ткнул большим пальцем в сторону окна. – Мы спросим одного человека, который всегда следит за лавкой.

На другой стороне улицы, в одном из окон трактира «Отрезанный палец» маячила высокая девушка лет семнадцати. Дороти, дочка трактирщика.