Минимальные потери

Но что это за светло-фиолетовый круглый объект, разделенный пополам черной полосой? Вон, в правом верхнем углу экрана. Размером с крупный орех или шарик для пинг-понга. И объект этот – явно не Протей или, допустим, Ларисса, которые, как и Тритон, тоже естественные спутники Нептуна, но находятся на более низких орбитах плюс ко всему они неправильной формы. Потому что «шарик» движется, смещается ближе к центру экрана и вроде становится больше. Приближается?

– Светло-фиолетовый шарообразный неопознанный объект впереди по курсу, – посылает Миша запрос бортовому компу.

 – Сообщить диаметр объекта, расстояние до него, скорость сближения, возможную принадлежность объекта.

Комп выдает на экран и голосом серию цифровых параметров, из которых Маша понимает только, что объект явно искусственного происхождения и его диаметр – ни много ни мало – одна тысяча шестьсот двадцать девять метров.

– Ого! – одновременно восклицают Миша и Маша и переглядываются.

Шар искусственного происхождения диаметром более полутора километров в космосе, на орбите Нептуна, может означать лишь одно.

Он сделан не на Земле. Ничего подобного человечество в космос никогда не запускало. Или они просто не владеют информацией?

– «Воскресенье», «Воскресенье», я – «Бекас»! – вызывает базу Миша и докладывает о том, что видит.

Пока идет интенсивный радиообмен, из которого становится ясно, что на Тритоне объект видят тоже, чужак продолжает быстрое сближение. Теперь он размером с крупный апельсин, и видно, как по черной полосе, разделяющей его пополам, пробегают какие-то огоньки-искорки.

– Мы не знаем, что это, – сообщают тем временем с базы. – На радиозапросы они не отвечают. «Бекас», дальнейшее сближение и любой контакт запрещаю. Немедленно возвращайтесь на базу. Как поняли? Прием.

– Я – «Бекас», понял вас хорошо, – сказал Миша. – Возвращаюсь на базу. Прием.

«Ишь, какой исполнительный, – усмехнулась про себя Маша. – Ему приказали, он и выполняет. Удобный мужчина.

И тут же мысленно оборвала себя: «Дура ты, Машка. Радуйся, что он дисциплинированный. Другой бы начал выпендриваться, перья распускать, показывать, какой он крутой и ничего не боится. А этот – нет. Безопасность прежде всего. И правильно. Какие перья, когда тут такое! Кстати, неплохо бы все-таки узнать, что это».

– Что такое… – пробормотал Миша. Его черные широкие брови тревожно сошлись к переносице, пальцы метались по сенсорной клавиатуре. – Не понял.