Измена с драконом

И капюшоны ему не помеха. В его глазах я видела блеск золота, которое он надеялся получить за выгодную сделку.

Меня охватила паника. А вдруг этот человек узнает меня? Я прижалась к Берроану в поисках защиты. А капюшон, который снова натянула еще в храме, опустила еще ниже.

Берроан не стал показывать свою силу. Дракон решил сыграть роль благородного лиэра Гемина, чтобы не выдать свою расу. Он спокойно посмотрел на главу рынка и спросил:

– Что здесь произошло?

– Это мой раб. Он не выполняет своих обязанностей, – ответил владелец рынка, совершенно не обращая внимания на тихие стоны раба, который по-прежнему лежал на земле.

Еще чуть-чуть и я расплакалась бы. Пострадавшему никто не помогал. Права была мама… Иногда я была чересчур мягкосердечной: подбирала котиков на улицах города, таскала пирожки с кухни для детей слуг. Не могла пройти мимо немощных и слабых. Как и сейчас.

– Вы не имеете права избивать его, – твердо сказал Берроан. – Если он не выполняет своих обязанностей, то выставьте его на продажу.

– Не мешайте мне, драгоценные лиэры, – прорычал глава, поняв, что мы не будем ничего покупать, а потому сменил свой настрой. – Я знаю своё дело.

На этом моё терпение лопнуло. Как он может так говорить? Я произнесла заклинание шепотом, и магия пронзила воздух. Щит окутал раба. Владелец рынка отшатнулся, комично упав на землю.

– Я хочу купить его, – сказала я, указывая на мужчину-раба.

Берроан посмотрел на меня удивленно, но не стал возражать.

Владелец рынка поднялся, потирая ушибленное место. Теперь он смотрел на меня с ужасом и опаской. Сейчас в его глазах было то, что я хотела увидеть. То, что пряталось в глазах рабов. Сильные стоят выше слабых. Таков закон мира. Против него этот мерзкий тип бессилен.

Я подошла к рабу и помогла ему встать. Он был измучен и обессилен, но теперь находился под моей защитой. Магия уже развеялась и никто не понял, что это лишь слабый наскоро созданный щит. Дракон смотрел на меня с удивлением, будто увидел что-то давно забытое.

– Сколько ты хочешь за него? – спросила я владельца рынка.

– Шестьсот золотых монет, – ответил он с ухмылкой.

Страх забылся, когда речь зашла о деньгах. Это было нереальной суммой для раба. Я скривилась, но решительно произнесла:

– Плачу пятьсот.

Владелец рынка рассмеялся, округлив глаза, и согласился. Он даже подумать не мог, что сумасшедшая лиэра выложит такую сумму за бесполезного истерзанного раба.