Замок ядовитых шипов

– У предметов есть сущность?

– У всего есть сущность. – Принц издал смешок, хотя в нем не было жестокости.

Когда Элора продолжила выжидательно смотреть на Бранника, он постучал себя по подбородку.

– Я объясню лучше. Люстра в той комнате имеет богатую историю. Она была сделана в мире смертных в известной столярной мастерской. Там работали мастер и ученик. Ученик хотел уйти от своего мастера, чтобы открыть собственный магазин в другом городе. Мастер сказал, что он может уйти, но только после того, как создаст венец творения, который будет стоить определенной суммы денег.

У нас в Фейрии нет денег, поэтому я не помню подробностей.

Энергия плясала в словах Бранника. С каждым произнесенным словом он, казалось, становился сильнее и расслабленнее.

– Ученик создал эту люстру? – догадалась Элора. – Это был его венец творения?

Бранник кивнул.

– Он трудился над ней, развивая свое мастерство с каждым кристаллом. Для него она означала его свободу. Он затопил каждый предмет люстры своим желанием быть свободным и создавать все, что хотел.

Когда она была закончена, все, кто ее видел, называли ее самым прекрасным творением из когда-либо увиденных. – Уголки его губ опустились. – Но мастер ревновал. Он сказал своему ученику, что его мастерство слишком ценно. Настаивал, что нуждается в ученике и тот никогда не сможет уйти. Люстра не стала свободой, она стала просто еще одними замаскированными кандалами.

Элора поджала губы.

– Предполагаю, мастер был даже хуже, чем кажется.

– Верное предположение, – сказал Бранник с мягким смешком.

 – Но рабство ученика длилось недолго. Моя мать узнала, что мастер нарушил сделку, и убила его за это. Затем она предложила привести ученика в Фейрию и пообещала ему, что он сможет создавать любые творения, которые пожелает его сердце, до конца своей жизни. Он забрал с собой люстру и жил в этом замке до самой смерти. В конце концов, люстра дала ему свободу. Ее сущность все еще полна ей.

Кивнув, Элора снова вспомнила о ковре из медвежьей шкуры.

– Ты сказал, что получил ковер из медвежьей шкуры, когда сбежал из Ясного инея. – Она посмотрела на принца. – Итак, этот опыт был достаточно сильным, чтобы изменить сущность ковра из медвежьей шкуры?

– Да.

Потянувшись за прядью своих волос, она улыбнулась лесной траве.

– Глядя на ковер, я почувствовала себя авантюристкой. Я, должно быть, почувствовала его суть, если это возможно.

Когда Бранник посмотрел на нее, расстояние между ними исчезло.