Дом Затмений

Кеви же при удобном случае стала бы валуном, раздавив без единой мысли тех, кто оказался под ней.

Ведущая танцовщица повела девушек вниз по лестнице. Внизу она подтолкнула меня в бок локтем.

– Оставайтесь возле этой лестницы. Если что-то покажется вам странным, подниметесь по ней и найдете место, где можно спрятаться. Если возникнут проблемы, мы с девочками будем держаться в стороне, – предупредила она.

Я кивнула:

– Хорошо.

Она подмигнула, игриво хлопнув меня по руке:

– Тогда давайте посмотрим, насколько хорошо вы умеете танцевать, Атена Нур.

Кеви выскользнула из толпы женщин и неторопливо направилась к пустому месту в зале. Она подошла к музыкантам и с широкой кокетливой улыбкой на алых губах наклонилась, чтобы поговорить с ними. Кеви была единственной танцовщицей, которая не утруждала себя вуалью. Еще некоторое время она кокетничала с ними, прежде чем отойти, чтобы поклониться своему Атону.

Он окинул ее одобрительным взглядом. Желчь подступила к моему горлу.

Женщины, покачивая бедрами, вошли в комнату. Каждая склонилась перед моим отцом, прежде чем разойтись в разные стороны, чтобы занять как можно больше свободного пространства, оставленного специально для них. Я не сдвинулась с места из своего темного укрытия возле лестницы.

Я не могла подойти слишком близко к отцу, иначе он узнал бы меня по глазам.

Я не видела Зуула, но было глупо надеяться, что он покинул комнату и оставил своего Атона без охраны.

Поток поразительно прохладного воздуха заставил кожу на моих руках покрыться мурашками за мгновение до того, как кто-то подошел и встал рядом со мной.

Парень был на голову выше меня, с аккуратно подстриженными иссиня-черными волосами, которые, как я представляла, напоминали легендарное ночное небо.

– Ты получила травму? – спросил он, и его кристально-голубые глаза сверкнули так, как, я думала, могут сверкать только звезды.

– Прошу прощения? – уточнила я, уже забыв его вопрос.

– Травма. Ты получила травму? – снова спросил незнакомец, и его губы изогнулись в улыбке.

Его голос был неожиданно глубоким и хриплым. – Почему тогда ты не танцуешь с остальными? – спросил он, кивая в сторону танцовщиц.

– Я как раз собиралась. Просто я… я новенькая.

Его присутствие заставляло меня чувствовать себя не в своей тарелке, как будто мир каким-то образом накренился. Может, с землей все было в порядке, и это только меня вывели из равновесия.

– Ах, понятно.