Отряд-2

Все это замечательно, говорили члены Мирового Совета, не являющиеся ни психологами, ни генетиками, ни медиками, но что же делать? Почему после ста пятидесяти лет замечательной жизни, когда, казалось, человек только-только начал, наконец, звучать гордо, опять резко пошла вверх кривая преступлений против личности? Может быть, прикажете опять полицию возрождать? Сыщиков? И этих… как их… патрульных?

А что, ответил вопрошающим на одном из бурных заседаний Совета известный эксперт-социолог Иштван Цвейг, и возродите.

Только не всюду, где проживает человек, а в специально отведенных местах…. И замер с открытым ртом, пораженный осенившей его идеей.

Так родились Город и Полигон.

В Городе можно было сутками и неделями пить алкоголесодержашие напитки и употреблять наркотики, покупать и продавать женщин, продаваться самому или самой, вступать в беспорядочные и ни к чему не обязывающие половые связи, драться, красть и обманывать, грабить, играть в азартные игры на деньги и предаваться практически любому греху, исключая разве что грех убийства себе подобного.

И никто за это тебя не осуждал, не корил, не смотрел косо и не взывал к твоей совести

В Городе даже можно было попасть в тюрьму и служить в полиции, чтобы ловить и в эту тюрьму сажать особо отличившихся граждан.

На худой конец, в Городе можно было просто жить.

Точнее, пребывать, потому что любая честная работа за деньги для человека отсутствовала здесь по определению. И даже за работу в полиции тут не платили.

Весь обслуживающий персонал Города (санитары, продавцы, бармены, официантки, уборщики, ремонтники, таксисты и проч.) составляли андроиды, – специально выращенные и сконструированные биороботы и киборги, которых человечество активно использовало для различных целей последние сто лет.

Из всех возможных ограничений и запретов на свободу поведения, в Городе действовало только три: запрет на огнестрельное пулевое или плазменное оружие, ограничение сроков единовременного пребывания и запрет полетов над Городом на флаерах.

В случае первого нарушения правила-запрета на оружие, следовало предупреждение. Если же гражданин нарушал запрет вторично, то он терял право посещения Города на длительное время от года до трех (в зависимости от того, применял он оружие или нет). При дальнейших рецидивах нарушитель вообще лишался права пребывания в Городе, и мог быть подвергнут психиатрической экспертизе с последующим принудительным лечением.